Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

Когда посчитала, что уже поднабрала словарный запас, сгребла всю свою храбрость до кучи и решилась задать простой вопрос:

- Почему в холода не топили дом?

- Хозяин умер, мадам… - слегка поклонился управляющий.

- И что теперь? – не поняла я.

- Ваш муж умер, не оставив распоряжений.

- Неожиданно… - пробормотала я, вот так случайно обнаружив, что совсем молодая еще Маритт оказалась вдовой.

- Да… совсем неожиданно, - согласился управляющий, пряча взгляд: - А мсье Астор с семейством живет за морем - в Акадии. Я послал ему весточку о смерти брата, но зимние шторма… Когда он прибудет – неизвестно.

- А без него хворост не собрать? – «удивилась» я, - только он один умеет это делать?

Странно покосившись на меня, мужчина недовольно промямлил: - Нужны распоряжения… разрешение…

- На растопку каминов в собственном доме? Вы в своем уме, Жером? – доброжелательно уточнила я, - ждать нового хозяина месяцами, гробя и так слабое здоровье своей… может и пока, но все еще хозяйки?

Он молчал и смотрел непонятно. Упрямо? Или с вопросом?

- Послушайте… - еще мягче продолжила я, - мой деверь может вообще никогда не прибыть – шторма… пираты. А я ведь почти умерла, Жером… но Господь милостив и дал мне еще один шанс. А вы хотите поспорить с ним, подрывая мое здоровье? Давайте так – вы составите нужное распоряжение, а я подпишу его. В случае чего, вся вина будет на мне.

- Только на дрова? – угрюмо буркнул управляющий.

- Только на нужды этого дома?

- А что – мерзнет кто-то еще? – поразилась я.

Он пожал плечами, неловко развернулся и вышел. А через какое-то время принес чернильницу с пером и бумагу на подпись с разрешением на свободный сбор валежника в лесу и ловлю рыбы в одном из ближайших прудов для жителей Со и фермы Мец. Также была расписана квота на мелкую дичь и скорее всего – в чью-то пользу. Но что-то перепадет и мне, раз уж я в курсе дела – соображала я. А то речная рыба уже надоела. И даже хорошо, что Жером нашел свою выгоду – она примирит его с моим распоряжением и он не будет его саботировать.

Постаравшись не наставить клякс, я осторожно поставила свою подпись впритык к тексту (мало ли?) – «Маритт дю Белли».

- Добавьте - урожденная де Лантаньяк, мадам, - напомнил мне управляющий и, чуть помедлив, добавил: - Тогда я подготовлю отдельное распоряжение и на денежные траты? Работа прачек, убиральщицы, швеи… пряности, вино?

С тех пор быт стал потихоньку налаживаться. За неделю прачки перестирали все, во что я ткнула пальцем, а убиральщица из Со выдраила дом. И я тоже что-то убирала, переносила, переставляла по своему вкусу - нужно было двигаться. Но в основном стояла у всех над душой и раздавала указания. Когда дом засветился чисто отмытыми стенами, полом и стеклами, окна выставили на весь жаркий летний день - чтобы вытянуло сырость.