Рецепт счастья неправильной женщины

В кабинете царил полумрак, поэтому я включил небольшой рассеянный свет у окон и отправился к шкафу, где хранятся сменные костюмы. Открыл, и чуть не заорал, так как забыл, что там находится Сенькин белый медведь, отнятый у «трусливого» китайца. Игрушка резко выпала на меня, еле успел подхватить и пихнуть парня в свое кресло. Пусть там посидит. Снял с плечиков одну из рубашек, отдал Сене и подтолкнул ее к ванной комнате.

Сам тем временем расправил диван, вытащил подушки и плед. Даже если сегодня между нами ничего не будет, то просто спать рядом со своей женщиной, это уже неплохо. Глядишь, может, привыкнет ко мне хоть немного. Закрыл дверь на магнитный замок. Еще послонялся по кабинету и замер у окна. Не знаю, сколько простоял там, потому как нервничал. Выпить бы чего-нибудь. И чего она там так долго?

-Сереж, - отвлек меня тихий голос. – У тебя еще одной рубашки нет? – я обернулся. – Тут пуговица оторвалась. Или нитку с иголкой дай. Я пришью.

А я стоял, и не мог ничего сказать. У меня даже руки обреченно опустились. Сеня стояла сейчас в моей рубашке, застёгнутой до середины груди. Остальное она неловко зажала в пальцах, чуть приподнимая. Отчего открывался отличный вид на ее ноги, затянутые в чулки, резинка которых начиналась на три сантиметра ниже, чем край рубашки. С каким-то разочарованным стоном я шагнул к ней. Видит бог, я сопротивлялся. Сам не понимаю, как столько времени выдержал. Все, батарейка кончилась. Бобик сдох. Приехали. Однако, я нашел в себе силы дать ей право выбора, медленно приближая к ней свое лицо. Она не отшатнулась, лишь смотрела на меня завороженно синими глазами. Прижался к ней губами, ни на что, не рассчитывая, и осторожно, по пальчику, расцепил ее руки, удерживавшие полы рубашки.

Ее пальчики легко пробежались по моим плечам, вызвав дрожь в мышцах, и замерли на шее. И она, о да, ответила на поцелуй, прижимаясь ко мне. Одежда стала резко мешать. Оторвался от нее на пару секунд, чтобы сбросить пиджак и, сорвав пуговицы на своей рубашке, прижался к ней. Я уже не помнил, когда у меня последний раз была женщина. Не помнил, хотел ли я ее так же? Или дурацкие гормоны решили, что сейчас самое время для таких вспышек? Не знаю. Но знаю точно, что до одури хотелось сейчас чувствовать ее кожу под своими руками, вдыхать ее запах, когда выпадает незначительная передышка в поцелуях, слушать ее легкие выдохи, когда прохожусь губами по чувствительным местам.

- Хочу тебя, - голос сорвался на хриплый шепот.

Крышу сносило настолько сильно, что я не запомнил, как мы остались практически без одежды. Помню, лишь то, как жадно целовал медленно освобождающуюся от чулок кожу ее бедер, как под ладонь попадала мягкая упругая грудь, как ее пальчики гладили меня по спине, шее, волосам, когда снова поднялся к ее губам.