Рецепт красивой смерти

Хорошо?

– Сделаем, Виталий Андреевич! – взяв у Гурова пакетик с алмазами, пообещала крупная дама, как и все прочие, одетая в белый лабораторный халат, назвавшаяся Фаиной Людвиговной. – Какие великолепные кристаллы! Да, давно таких не видела…

– Вас, может быть, чаем угостить? – предложила еще одна, улыбчивая, с задорной рыжей челкой, свисающей из-под белой лабораторной шапочки, указав на столик за стеклянной перегородкой.

– Угощайте! – кивнул профессор и вполголоса пояснил Льву: – Чай у них всегда хороший, с мелиссой. Очень ароматный!

Гуров и Калмыков прошли в лаборантскую бытовку, где все та же улыбчивая сотрудница проворно накрыла стол и налила чай. Отпив из своей чашки, профессор усмехнулся и хитровато спросил:

– Люся, а ты, часом, в чай нашему гостю ничего приворотного не добавила? А?

– Нет, Виталий Андреевич, не добавила… – отчего-то вдруг засмущалась та.

– Виталий Андреевич, вы за меня не беспокойтесь, – безмятежно улыбнулся Лев. – На меня не действуют даже самые сильные приворотные снадобья.

– Правда?! – Девушка отчего-то вдруг огорчилась. – Какая досада! Вот так в девках и помрешь, не изведав семейной жизни…

Гуров и Калмыков при этих словах дружно фыркнули.

– Эх, надо было сюда приехать не мне, а моему лучшему другу… – взглянув на лаборантку, сочувственно посетовал Лев. – Уж он бы заколдовался в момент, да еще и с большим удовольствием!

Когда чаепитие подходило к концу, в бытовку вошла сотрудница с пакетиком алмазов. Подав его Гурову, лаборантка сообщила, что данные камни действительно искусственного происхождения, при этом имеют очень высокое качество, но пока очень сложно определить, какова именно методика их производства.

Во всяком случае, их атомарная структура такова, что ни си-ви-ди (химическое осаждение из газовой фазы), ни эйч-пи-эйч-ти (высокое давление, высокая температура) к их синтезу отношения не имеют. Кроме, так сказать, чрезмерной чистоты алмазов, они оказались процентов на тридцать тверже природных.

Не вполне обычными оказались и их иные физические свойства. Будучи диэлектриками, при определенной температуре они по совершенно непонятным причинам вдруг становились проводниками, хотя каких-либо примесей в их составе не имелось. Отметив этот факт, лаборантка особо подчеркнула, что эти свойства предоставленных для экспертизы алмазов необычны, уникальны и в техническом плане, по сути, бесценны, поскольку могут стать основой нового типа электроники.

– Я так думаю, тот, кто эти алмазы сделал, очень большого ума человек! – констатировала она. – Нам хотя бы один такой камешек для дальнейших исследований. Я ведь только «галопом по Европам» их исследовала.