Рецепт красивой смерти

Обнаруженный «Ситроен» имел московские номера, оперативно «пробив» которые, информационщикам удалось выяснить, что хозяином этого авто числится некий восьмидесятилетний пенсионер Федор Максимович Шуркин, проживающий в Королеве. Чего-то интересного в плане криминалистики, дающего пищу для размышлений, в машине найти не удалось. В багажнике лежал электрический насос, винтовой домкрат, пластмассовый ящик с ключами, запасные лампы для фар, новенький, еще в упаковке, воздушный фильтр, средства ухода за кузовом и салоном авто. В водительском «бардачке» лежала гелевая авторучка, блокнотик с записями, скорее всего километража и дат замены фильтров, масла и тому подобного. Имелось несколько мелких лампочек и записка, написанная женской рукой: «Котик, встретимся, как всегда, на том же месте. Твоя любящая Дю».

Последнее очень заинтересовало Льва. Поскольку реальных зацепок для того, чтобы установить личность хозяина «Ситроена», не имелось вообще (каких-то документов, справок, квитанций), то эта маловразумительная записка давала надежду на возможность выжать из нее хоть что-то реальное. Сгоревший «Форд», судя по госномеру, стоял на учете в Белоруссии. Еще до прибытия опергруппы Гуров созвонился с информотделом Главка и передал данные номера майору Жаворонкову, поручив ему выжать из них максимум информации. Тот пообещал провести все необходимые выяснения в максимально короткие сроки, однако пока что так и не позвонил.

Работа криминалистов на поляне затянулась более чем на два часа. Затем лесными дорогами до балки неведомым образом сумели добраться автоэвакуаторы, санитарный фургон истринского морга, и поляна вскоре опустела. Бригада криминалистов улетела на вертолете. Гуров, кинолог Анатолий и лейтенант из Истры пешком пошли от балки к шоссе, до которого было всего каких-то полтора километра…

Вернувшись в Главк, Лев первым делом зашел к Орлову. Почти сразу же следом за ним примчался и Станислав. Потирая переносицу, Петр устало спросил:

– Ну, бесценные мои, что у нас на данный момент? Заранее отмечу, что из громкого это дело постепенно трансформируется в оглушительно громкое. Мне уже каждые полчаса начали названивать из министерства. А им туда, как мне уже негласно сообщили, названивают и из Интерпола, и изо всяких заграничных полицейских управлений и финансовых контор…

– Это – хреново! – категорично определил Гуров. – Чем громче будет шумиха, тем ниже шансы на раскрытие этого дела. Нужно с этим кончать. Прежде всего, никаких интервью и нашим, и не нашим СМИ.

– Ну, ты скажешь! – качая головой, грустно рассмеялся Орлов. – Как это – «никаких интервью»?! Да нас тут же на страницах газет и в телеэфире линчуют!

– Не линчуют. То, что уже известно, долдонь им сколько влезет.