Рецепт идеальной мечты

От приближающегося человека – он был весь в черной коже и в черном непрозрачном мотоциклетном шлеме на голове – исходило то же, что и тогда – предощущение смерти.

И Надя закричала – тонко-тонко, совсем по-дворовому:

Быстрее среагировал Игрек. Он развернулся и изо всех сил толкнул Надежду направо, к перилам крыльца. Сам прыгнул влево. Краем глаза Надя видела, как Игорь перемахивает через перила и боком летит вниз, в траву. Она сообразила, что делать, и тоже стала переваливаться через перила в свою сторону. Дима, увидела она краем глаза, стоит на крыльце и вытаскивает из куртки пистолет – а человек в черном идет на них. И у него в руках – оружие.

В тот момент, когда Надя полетела через перила вниз, она успела заметить: Дима с маху бросается на крыльцо на живот, выставляя вперед руку с пистолетом. Ей показалось, что она отчетливо различает каждое его движение, словно в замедленном кино.

И в ту же секунду раздались выстрелы.

Очередь прошила деревянную обшивку дома. Зазвенело разбитое окно. На ступени крыльца посыпались осколки. Сверху на Надю полетели выбитые пулями щепочки.

Она лежала ничком, прикрыв голову руками, уткнувшись носом в траву, и ничего, кроме травы, не видела.

И тут выстрелы раздались совсем рядом. Один, второй, третий… Что-то со звоном полетело на ступени – наверное, гильзы (или что там вылетает из револьвера при выстреле?).

"Это Дима, – промелькнуло в голове. – Дима стреляет в него!"

Затем – тишина. Пару секунд оглушительной, настойчивой тишины.

А потом – где-то недалеко заработал мотор мотоцикла. Взвизгнули шины.

Еще через минуту до Нади донесся спокойный голос Димы:

– Вставайте, ребята. Он смотался. Я его спугнул:

Надя поднялась с травы.

– Вы в порядке? – спросил Дима.

– Я – да, – ответил с другой стороны крыльца Игрек.

– Я – тоже, – пробормотала Надя.

После выстрелов весеннее солнце над беленькими домами скучного американского пригорода показалось ей ярче. Трава на лужайке – особенно зеленой. И донесся запах моря – которого она в Степлтоне пока ни разу не учуяла.

– Ты попал в него? – тихо спросил Игрек.

– По-моему, нет, – осклабился Дима. – К сожалению, нет.

– Едем, – решительно произнес Игрек.

– Едем, – согласился Полуянов. – Нас ждут.

Мнения Нади никто не спрашивал.

Через минуту они расселись в Димином "Форде Мондео": Игрек – за рулем, Дима – рядом с ним, Надя – позади.

– Теперь вы поверили, что я никого не убивал? – спросил Игрек, ведя авто по чистенькой, ухоженной американской улочке, освещенной закатным солнцем.

– С чего вдруг? – буркнул Дима.

– Кто тогда стрелял сейчас в меня?

– А может, покушались на меня? Или, – Дима не оборачиваясь показал большим пальцем на заднее сиденье, – на нее? Надьку ведь в Москве два раза хотели убить. Сейчас – третий.