Ретроград: Ретроград. Ретроград-2. Ретроград-3

Вот так, если схематично. Эта насадка позволит пропускать дополнительно воздух и отжимать от стенок факел.

– На всех трех?

– На четырех, думаю, что четвертый ряд лопаток не помешает. Но смотрите сами по скорости истекания.

– Кто-нибудь такие двигатели делал?

– Скорее всего, нет. Юнкерс пытался на ЮМО, но не справился с уплотнениями и отказался от такой схемы рабочего колеса. Но по влиянию на охлаждение законцовок лопаток она самая перспективная.

– Ладно, будем посмотреть.

Глава 10. Противник обозначил себя

Сами мы сняли редуктор с ЛЛ-1, приспособили ему форсажную камеру, врезали в ракету пилотскую кабину и воткнули туда пневматический автопилот. Провели бросковые испытания, машину разбили. Стреляли ею с катапульты, пороховые ускорители еще не готовы. Один из них не запустился, а замок не выдержал и не удержал машину. Какой-то «презерватив» из ОКБ успел сообщить Сталину об испытаниях, и он воочию наблюдал мой позорище, причем не один, а с новым «любимцем» – доктором Вальтером. Они нашли желающих потрогать тигра за усы из отдела двигателей, и Гриша Бахчиванджи взлетел на прототипе будущей ракеты П-1 с немецкими перекисными ускорителями. Все на грани фола, турбины Вальтера медленно набирают тягу. Тем не менее машина сошла с направляющих, щелкнула крыльями, и Гриша сумел удержать ее в воздухе на старте. Она просела почти до земли, разметала три здоровенных просеки в травяном покрытии летного поля, но взлетела. Через некоторое время послышался удивленный голос Гриши:

– Кажись, двигатель сдох, я его не слышу. – Прототип перескочил через звуковой барьер, и Гриша впервые в истории оказался по ту сторону звукового барьера.

– Вибрации есть?

– Есть!

– Все в порядке, следуйте по маршруту на автопилоте.

– Скорость продолжает расти, на указателе скорости восемьсот, на указателе М – единица. Девятьсот. 2 М, двести. Прекратилась вибрация.

– Гриша, у тебя кончилось топливо. Ручку не трогай, автопилот доведет. Спокойно."

"– Перегрузка. Значительная. Трудно дышать. Машина выровнялась, М – единица, скорость – 850.

– Снижается, нормально. Еще один вираж, и заход на посадку.

– Фонарь горячий.

– Нормально. Тангаж? Вопрос!

– Около нуля, но высота незначительно падает. Сейчас 11 200.

Возможности покинуть машину на этой скорости не было, и Гриша ничего не мог сделать, находясь внутри этой коробки. Еще один вираж. Автопилот выпустил последовательно три ленточных парашюта, скорость упала до 750 километров, и Григорий взял управление на себя. Дальше автопилот был бесполезен. Теперь все зависело только от летчика: сумеет или нет справится с машиной, у которой практически очень слабая управляемость по вертикали. Взлетевший Ан-26Р захватил ракету и дал ей целеуказание, в виде нашего летного поля.