Ретроград-3

Линкор пойдет в составе эскадры, чтобы ни у кого искушений не возникло».

Я к этому времени уже давно вернулся домой, посетив после Лондона Берлин и несколько пунктов базирования флота. Там пока все в порядке, дочищают завалы по НСДАП, благо что архивы сохранились, поэтому достаточно много информации, кто есть кто. Жаль, что часть архивов имперской службы безопасности погибли в огне. Там было много чего интересного. Но этого уже не вернуть. Полным ходом идет перестройка экономики на мирные рельсы. В чем-то даже нас обгоняют. Что мне не нравится, так это возникшие разговоры о более тесных отношениях с СССР. Витает мысль о том, что общая граница даст возможность войти в состав Союза отдельной республикой. С одной стороны – это привлекательно, к тому же англо-саксонскому сообществу это только в кошмарном сне могло присниться. С другой стороны – огромная разница в психологии, уровне достатка, образования и сложившихся привычек. В общем, целый ворох проблем. Плюс существенная дыра в системе безопасности. Но предложение сладкое, так как автоматически уравнивает СоюзПатент и DPMA, из которой уже изъяли слово «Имперское», заменив на нейтральное «Германское». Захожу с этой стороны и намекаю, что не прочь объявить об участии СССР в Берлинской международной выставке, благо что предыдущее «руководство» Германии большое внимание уделяло продвижению своих товаров в Европу и другие страны мира. Выставку объявляем Всемирной, только товары народного потребления и оборудование для их производства. Немцы, естественно, сразу под это дело просят довольно большой кредит, но под хорошие проценты и на небольшой срок. Согласовав все со Сталиным, даем отмашку: «Начали!» Ох, зря я это сделал! Меня ежедневно дергали по этому поводу, не давая больше ничем другим заниматься. И тогда я нашел выход: договорился с англичанами из фирмы «Бристоль», которая делала самолет «Брабазон», и ОКБ Ильюшина, у которого был практически готов самолет Ил-18 с аналогичными двигателями, только не ЛЛ-2 Лозино-Лозинского, гражданская версия его ЛЛ-1, как у «Брабазона», а ЛК-2, более легкие и компактные. Эти машины включили в состав экспозиции, так как они предназначались исключительно для перевозки пассажиров, так сказать, народного потребления. Этим удалось несколько переместить акцент деятельности для себя лично и заняться более привычным делом: авиацией.

О «Брабазоне» договаривались давно, еще в 41-м году. Курировал его создание сам Георг Пятый, поэтому у англичан была готовность выше, чем у нас. Да и самолет в два раза больший по грузоподъемности. Долгое время был единственным совместным проектом, на который не влияла политика кабинета лейбористов, среди которых было достаточно много противников СССР. Тот же Бевин.