Ресторатор

 – Если человек не готов принять перемены, зачем он мне нужен?

– Наш коллектив не разменная монета. Он формировался годами, – резко ответила я. – Каждый сотрудник здесь – профессионал своего дела. Если вы так просто обесцените это и выбросите их, как ненужный хлам, то выгоняйте и меня вместе с ними.

– Хорошо, Ульяна, – согласился он, разглядывая меня и самодовольно улыбаясь. – Если ты так переживаешь за своих «птенчиков», предложу сделку. Если твоя команда так хороша, как ты говоришь, докажите это. Получите для ресторана хотя бы одну звезду Мишлен в течение года, тогда я обещаю никого не увольнять. Идет?

Я на секунду замерла, переваривая услышанное. Это был вызов, и я прекрасно понимала, что он рассчитан на то, чтобы поставить нас в невыгодное положение. Проще было уволиться прямо сейчас!

В России всего девять ресторанов, которые могли похвастаться подобным статусом, и то все они в Москве. Шансы, что французская комиссия для следующего путеводителя выберет именно наш город, ничтожно малы, даже несмотря на то, что мы находимся в северной столице.

Это большая работа! Насколько я знаю, с момента первых переговоров о приходе гида Мишлен в Москву до вручения наград прошло целых девять лет. Девять, мать его, лет!

– Вы так шутите? – внезапно расхохоталась я, не в силах больше сдерживать противоречивые эмоции. – Это же нереально!

– Ну почему же, один из моих проектов в Москве получил две звезды. Так что нет ничего невозможного, – легкомысленно пожал плечами Ян.

– Комиссия не приедет специально ради нас, – привела я последний аргумент.

– Ульяна, значит сделай так, чтобы приехала! – осадил меня Сташевский, и в его беззаботном голосе прорезались стальные нотки. – Уверен, ты справишься! Поделись этой идеей со знакомыми управляющими из других ресторанов, чтобы у комиссии было больше оснований приехать. Наверняка у тебя есть такие связи. В конце концов, и я подключусь. Я же не враг вам, и все это тоже в моих интересах.

Ян развел руками, а я поняла, что у меня нет выбора. Нужно хотя бы попробовать. Проработав с Лавровым, я навсегда усвоила правило: ни один работодатель не любит, когда работник говорит «это невозможно». Для них это как красная тряпка для быка – повод избавиться от тебя побыстрее.

– Идет, – сказала я, стараясь скрыть волнение.

Сташевский, получив свое, протянул мне руку, довольно улыбаясь, и мне ничего не оставалось, кроме как пожать ее.

Его рукопожатие было крепким, но теплым, а в глазах самодовольные черти бесплатно давали уроки самбы для всех, кто успел их заметить. Я выдержала этот настойчивый взгляд, не желая сдавать позиции и показывать, что Ян так просто победил меня в этой схватке.

– Ну все, по рукам хлопнули, теперь ближе к делу, – мигом посерьезнел Ян.