Иное решение

Грустно то, что эта война при всех колоссальных жертвах, которых она требует, в сущности только промежуточная, она не вносит ясности в положение. Итог будет старый: ослабленный СССР, возрожденные Польша и Франция, которые составляют ему противовес, и Англия – арбитр. При этом если мы слишком ослабнем в войне, то нам придется идти на компромиссы, а они подготовят серию внутренних потрясений, а если мы быстро окрепнем, то это вызовет серию внешних потрясений. Во всяком случае, наш международный удельный вес все уменьшается и наше «мировое назначение» уходит в туман истории.

XXXI

Разведка первой вступает в войну. Задолго, за несколько лет до первого выстрела, она начинает собирать сведения о вражеской стране, о ее лидерах, промышленном, военном и научном потенциале, выявляет людей, несогласных с режимом данной страны и способных благодаря своему влиянию и связям сформировать после окончания войны новое, лояльное, марионеточное правительство, которое удержит захваченную страну в рамках порядка и предотвратит гражданскую или партизанскую войну. Разведка определяет мощь укрепленных районов и способы их захвата с минимальными потерями для наступающих войск, изучает коммуникации: дороги, авиалинии, линии электропередач, все, вплоть до водопровода и канализации. Разведка указывает объекты, по которым следует нанести удары в первую очередь. Она еще в довоенное время выполняет тысячи больших и совсем мелких задач с целью облегчить захват данной страны и сократить возможные потери своих войск в технике и живой силе. Поэтому разведку красиво называют «невидимым фронтом». Разведка – это авангард армии вторжения.

Первые шаги к миру тоже делает разведка. Война в самом разгаре, гремят сражения, тысячами гибнут люди, и успех еще не ясен, а разведка через третьи, пятые руки доводит до сведения правительства враждебного государства, что уже сейчас, не дожидаясь развязки и избежав огромных человеческих жертв с обеих сторон, можно заключить почетный мир на определенных условиях. И это тоже одна из задач разведки.

Зря наивный оберст-лейтенант фон Гетц писал письмо Герингу в надежде на покровительство. Не стоило и трудиться. Оно так и не попало на стол рейхсмаршала, задержанное аппаратной плотиной. В первых числах января Конрад получил сразу два письма на официальных бланках. Первое подводило черту под всей его прежней жизнью:

«Господин оберст-лейтенант,

Ваши заслуги перед Рейхом хорошо известны Рейхсмаршалу и Германии. Вы являлись и являетесь офицером, безупречно выполняющим свой долг перед Родиной. Ваши блистательные победы в воздухе навсегда вписаны золотой строкой в славную историю нашего Воздушного Флота.