Иное решение

За Гейдрихом водились две страстишки: выпивка и женщины, которым шеф РСХА предавался в свободное от службы время. Потакая порокам своего начальника, Шелленберг вскоре превратился в незаменимого для Гейдриха человека, стал его правой рукой, наперсником и поверенным в сердечных тайнах. Они вдвоем обходили вечерами берлинские кабаки, не минуя самые грязные клоаки, заводили знакомства с падшими дамами, которых отвозили на служебную дачу Гейдриха, где и предавались свальному греху. При этом Шелленберг свято соблюдал одно условие – жена Гейдриха не должна была даже заподозрить мужа в адюльтере. Именно Шелленберг подкинул шефу мысль о целесообразности создания, разумеется под патронажем СД, самого фешенебельного в Европе борделя. Так появился «салон Китти».

Было найдено, снято в аренду и отремонтировано за казенный счет помещение, наняты и завербованы самые шикарные шлюхи Берлина. Сам салон был оформлен на имя давней осведомительницы СД Китти Шмидт. В интерьер салона было напихано известное количество «жучков», и иностранные дипломаты, для которых и создавался этот Эдем, потеряв бдительность от бокала шампанского и отвязных ласк обворожительных одалисок, невольно и неизбежно выбалтывали служебные тайны. Все разговоры с немецкой тщательностью записывались на магнитофонную ленту и докладывались Гейдриху.

Теперь Гейдрих с Шелленбергом могли не таскаться по ночному Берлину в поисках опасных приключений, а получать плотские наслаждения, находясь в своем служебном помещении – «салоне Китти». Так Шелленберг проявил себя как великолепный сутенер и сводник.

Этот человек, любивший и умевший при случае пустить пыль в глаза, крайне редко и неохотно надевал униформу. Наверное, оттого, что даже в генеральском мундире он все равно продолжал смахивать на сутенера. Непомерно большая фуражка с высокой тульей висела на оттопыренных ушах, тонкая шея болталась в воротнике, как карандаш в стакане, и весь вид его был крайне несолидный. Грозный эсэсовский генерал, крупный руководитель и самый большой сукин сын и провокатор в мире выглядел как студент, пришедший сдавать зачет и готовый получить «неуд.».

Справедливости ради нужно сказать, что Вальтер Шелленберг вне службы был славным человеком с репутацией интеллектуала и острослова. Может быть, он не обладал мощным обаянием Геринга или энергичной пылкостью Геббельса, но был не заносчив, приятен в общении, любезен и предупредителен с дамами. Привязанность к дамам полусвета не была его основной чертой, и он был все-таки больше разведчик, нежели содержатель бардака. Им была спланирована и осуществлена самая блестящая разведывательно-диверсионная операция двадцатого века.