Простреленная репутация

В апреле 1995 года федералы брали Самашки штурмом, а наши оказали им нешуточное сопротивление. Федералы разозлились и разрушили едва ли не полсела, убили очень много мирного народу. До того там зверствовали, что по этим фактам приезжала комиссия международного комитета и проводила скрупулёзное расследование. Так это село и вошло в историю под именем «второй Хатыни»15.

Но нас в Самашках привлекала не историческая значимость этого места и даже не знаменитый лесной массив, в котором можно с успехом спрятать мотострелковую бригаду со всей техникой. Здесь расположена телевизионная станция, мощности которой вполне хватает, чтобы вещать на всю республику и прилегающие к ней районы соседей."

"Наша задача была простой: захватить станцию, выйти в прямой эфир и показать всей республике и входящим в зону вещания соседям свои собственные «вечерние новости». Сценарий я составил (а потом и поправил, с учётом внезапно изменившихся обстоятельств), текст для Казбека написал. Репетировали, получалось, укладываемся в девять минут. Теперь, с учётом пленных, плюс ещё две. Итого одиннадцать. Вполне нормально, всё успеваем: и покрасоваться как следует, и два раза уйти, пока не подтянулись «вертушки» федералов.

По сценарию, в первоначальном виде всё было торжественно и чинно, от начала и до конца. А в конечном варианте – с пленными, концовка намеренно скомкана. На нас «нападёт» огромный отряд федералов, и мы вынуждены будем прервать вещание, чтобы вступить в героическую схватку. Это для того, чтобы пленные сказали только то, что надо, и не успели сболтнуть лишнее. А болтать они будут легко и непринуждённо. В этом нас заверил приглашённый Казбеком психиатр из расположенного в двух километрах севернее Закан-Юрта дурдома. Он приготовил психотропный препарат, который развяжет языки и пленным, и предателям, но при этом они будут выглядеть вполне нормально и отвечать адекватно. Главное – никаких абстракций, только простые вопросы, ответы на которые легко «достать» из левого полушария.

Проверить действие препарата времени не было: предателей взяли к вечеру, пленных – двумя часами позднее. А врач сказал, что «выход» длится долго, в зависимости от особенностей организма – от нескольких часов до полных суток. Но Казбек этому врачу доверял, потому что был с ним хорошо знаком.

Расклад сил по состоянию на семнадцать часов шестого сентября был по всем пунктам в нашу пользу. Хилой комендатурой, бойцы которой только себя в состоянии охранять и нос боятся высунуть за ворота, займутся два десятка моджахедов Казбека. Штурмовать там никого не надо, сиди себе и постреливай с заранее подготовленных в тактически выгодных местах позиций – чтобы эти «чайники» в буквальном смысле за ворота не вылезали, а думали, как спасти свою шкуру.