Ренессанс

В одном он был прав: хватит ходить вокруг да около.

– Слушай, – прямо спросил я. – Ты владеешь тёмной материей?

– Ну да, – кивнул он. – Все полукровки владеют. Ты не знал?

– Ты понял, о чём я.

Скэриэл смотрел на меня долгим нечитаемым взглядом. Я не мог понять, о чём он думает, хотя раньше казалось, что все его эмоции ясно написаны на лице.

– Ты это узнал от другого человека? – наконец уточнил он.

– Да.

– От кого?

– Это важно?"

"Маска спокойствия треснула. Впервые я увидел Скэриэла таким разъярённым.

– Если кто-то сбивает тебя с толку, обсуждает меня за спиной, то да, это важно! – Он чуть повысил голос. – И я бы хотел об этом знать.

Повисло напряжённое молчание. Не знаю, как долго это продолжалось бы, но у Скэриэла зазвонил телефон. Он недовольно глянул на экран и сбросил звонок.

– Мог и ответить, – проговорил я.

– Не хочу. – Скэриэл отложил телефон на кухонный стол и взглянул на меня, скрестив руки на груди. – Ну так что? Это Джером?

– Нет, – растерянно буркнул я. – Мы с ним вообще не общаемся.

– Тогда? – Скэриэл требовательно приподнял правую бровь.

– Люмьер Уолдин, друг Гедеона, – со вздохом произнёс я.

– Мы с ним незнакомы, – теперь Скэр словно бы растерялся.

– Зато он, кажется, всех знает. – Я пожал плечами. – Следил за нами.

– Зачем?

Я зевнул, прикрывая рот рукой. На меня вдруг навалилась усталость. Я плохо спал ночью, встал рано, и этот тяжёлый разговор со Скэриэлом окончательно меня измотал.

– Я присяду? – Указав на диван, я, не дождавшись ответа, сел.

– Ты заболел или что? – спросил он, садясь рядом. Его пристальный взгляд никуда не делся, а я уже хотел побыстрее закрыть тему.

– Нет, просто тоже не выспался. Не знаю, зачем Люмьер этим занимается, но он военный, а у них всегда проблемы с головой.

Скэриэл усмехнулся:

– Он сказал, что я владею тёмной материей?

– Да, причём на очень хорошем уровне. Люмьер решил, что я в курсе, и типа, ну, похвалил тебя. Он подумал, что мы вместе тренируемся. А теперь представь мой шок, когда я это услышал.

Какое-то время он напряженно молчал. Наконец я снова услышал его тихий голос:

– И что ты подумал по этому поводу?

– Что он бредит. Или спутал тебя с кем-то. Я пришёл, чтобы выслушать тебя.

Скэриэл нахмурил брови и уставился куда-то в сторону. Я видел: он колеблется.

– Не хочешь говорить…

Что ж. Значит, вопреки нашей дружбе не у меня одного есть тайны.

– Я боюсь, – тихо признался он и закусил губу.

– Чего? Или кого? – Я сел, отзеркалив его позу.

Он действительно выглядел слегка испуганным: мял пальцами диванную подушку, беспокойно дёргал ногой.

– Что кто-то узнает и может что-то сделать. Это ведь ненормально.

– Что сделать?

– Не знаю. Я много чего боюсь, – поёжился Скэриэл.