Ренессанс

Допустим, это правда, но кого – и от чего именно? – Гедеон решил защитить? Что у него вообще за сложные отношения с Оскаром, с Люмьером, со всем миром?

Чарли выжидательно посмотрел на меня.

– Что? А… Нет, не издеваюсь. Одному скучно, – пожал плечами я. – Друзья не могут прийти, Габи слишком мала, Гедеону не до меня. Сильвия не понимает, как играть, я как-то пытался её научить. Лора при мне всё ещё стесняется и сразу отказывается. Кэтрин умеет, но постоянно занята. Фанни даже джойстик неправильно держит. Вот по этой причине выбор пал на тебя. Так что всё в порядке. Не бери в голову.

– Ясно… Тогда играем. – Кажется, он расслабился. – Как от хода может зависеть игра?

– Ну, например, если ты берёшься за земледелие и охоту, то получишь развитие животноводства и стрельбы из лука, – принялся я за объяснения. – И это поможет открыть колесо и даст толчок к появлению верховой езды. И так ты получишь основную военную мощь своей армии. Понятно?

– Всё равно не очень. Можно поконкретнее?

– Вот смотри, – я указал на верхние иконки, – твои люди орошают земли и выращивают, допустим, пшеницу. А другие люди охотятся на диких кабанов, получают мясо и кости, ну и тем самым улучшают навыки ближних и дальних атак. Чтобы перевозить пшеницу или мясо, ты одомашнишь лошадь и откроешь колесо: тащить всё это на спине невозможно. Так повысишь уровень верховой езды. И в конце колесо плюс лучник плюс лошадь равно колесница, а это основная военная сила того времени. Понятнее?

– Вроде да, – неуверенно произнёс Чарли. – Что будет, если я сделаю неправильный ход? Только опять давай поконкретнее.

– Допустим, если ты отправишься в поход без снабжения, то твои солдаты начнут пить грязную воду прямо из лужи, заболеют дизентерией и умрут. Нужно думать наперёд. Провизия на дальнем расстоянии очень важна.

– А главная цель игры – это победить в войне?

– Не только победить. Необходимо развить свою страну, чтобы в дальнейшем ни одна армия не смогла тебя одолеть.

– Звучит офигенно, – присвистнул он.

– Ага, – с удовольствием протянул я. – Люблю стратегические и исторические игры. Я тут играл и за Аттилу, и за Петра I, и за Наполеона, и за Модеста Фавро Бёрко.

Чарли схватывал на лету. Первое время немного раздражало, что он играл молча: я надеялся на болтовню, способную отвлечь меня. Но по мере того, как мы углублялись в игру, он начал задавать вопросы, комментировал всё подряд и уже не мог замолчать, так что я тоже расслабился.

– Ты это, – спустя час, когда появилась иконка загрузки, тихо проговорил Чарли, косясь на приоткрытую дверь. – Прости ещё раз, что я в первый день наехал на тебя.

Игра загрузилась, но я нажал на паузу, встал и закрыл дверь.