Ренессанс

 – Он лыбился с довольным видом, раздражая ещё сильнее.

– Ни фига, – проворчал я, отвернувшись.

– Тогда я просто оптимист.

– Ты отбитый на голову, – огрызнулся я устало.

– Зато я никому пока не сказал, что низший живёт по поддельным документам в центре, – как бы между прочим бросил Готье.

Я охнул:

– А вот это уже шантаж.

– Ой, Джером, как ты мог такое подумать?! – театрально заморгал он.

– А ты не так уж и туп, – угрюмо добавил я.

Хитклиф хотел меня обдурить, а когда не вышло, применил тяжёлую артиллерию? Я впервые посмотрел на него чуть другими глазами: может, с виду он наивный, но с ним нужно быть начеку.

– Повторюсь, я не желаю тебе зла. Я мог сдать тебя в любое время, но молчал.

– Если ты сдашь меня, то сдашь и Скэриэла, и Эдварда. Они меня укрывают здесь."

"– Мне бы не хотелось создавать вам всем проблемы. Поэтому, – Хитклиф протянул руку, – ты молчишь обо мне. Я молчу о тебе. По рукам?

Я с сомнением смотрел на его ладонь и прищурился.

– А ты мне всё ещё будешь должен? Или аттракцион невиданной щедрости закрылся?

– Я всё ещё буду тебе должен. Я ведь обещал.

– Слово чистокровного ничего не значит.

– Может, чистокровного и не значит, а вот моё слово – да.

Вот же брехня. Он может сейчас пообещать хоть горы свернуть, никому из чистокровных нет веры. Но посмотрим, что из этого выйдет. В любом случае я знаю его большой секрет. А он, к сожалению, знает мой.

– Тогда по рукам. – Я сжал ладонь чуть сильнее, но Готье не подал виду.

– Мы друг друга сегодня не видели, – серьёзно произнёс он. – И я ничего не знаю про вашу со Скэриэлом подработку.

– Договорились. Я выхожу первым. Ты через десять минут после меня.

– А наш сигнал: два коротких удара и один длинный?

– Чего?

– Шучу.

Чёртов шутник.

Я вышел из библиотеки и направился к лестнице.

Вернувшись довольно поздно в Дом Спасения и Поддержки, я сразу лёг вздремнуть: жутко вымотался за последние два дня. Скэриэл обещал приехать в обед и обсудить бал чистокровных. Мне хотелось побыстрее отрубиться, чтобы набраться сил, но сна не было ни в одном глазу. Я лежал и размышлял о том, что сегодня произошло.

Как так вышло, что мы с Хитклифом… с чистокровкой, которого я на дух не переносил… сговорились? Правильно ли я решил скрыть от Скэриэла то, что подслушал? Пожалуй, я расскажу о том, что именно Гедеон раздул скандал вокруг Брума и Дона, но что насчёт правды о Готье? Кто его настоящие родители? Знает ли он о них?

По рассказам Скэриэла, старший брат с Готье пылинки сдувает, мало того что ринулся в клуб, чтобы избавиться от компромата, так ещё избил Вотермила. Может, он просто защищает честь семьи? Готье точно знал, что приёмный: не удивился.