Релокант

Удар стального носка ботинка по моему стулу чуть не сломал его, а ложка с подливой неприятно двинулась мимо рта, запачкав любимый балахон странника-аскета.

— Это ты у нас любитель мечом помахать, да?! Встал! Живо! — стул в очередной раз пихнули, и я с сожалением посмотрел на пустую ложку.

Чужая ладонь тяжело опустилась на плечо, тогда как неожиданный, грубый и незваный гость продолжал вещать:

— А я, главное, думаю, чего это Серый с отчётом не спешит и почему выручка с данными на посту не сходится. Стоило найти этого трусливого болвана и вытряхнуть из него правду, как оказалось, что у нас здесь великий мечник объявился, осмелившийся меня грабить! Ты в курсе, на чей кошелёк глаз положил?

В нос удал запах немытого тела вперемешку с перегаром, сводя на нет приятное послевкусие ужина. Не знаю, кто именно решил меня расстроить, но по вони понято: кто-то из «Саблезубых». Что же, кажись, незнакомец явно не осознаёт всю серьёзность последствий своего безрассудства.

Я положил ложку, пальцами подхватил вилку и сходу вогнал её в лапу, которую этот идиот примостил на моём плече. Броню вилка не пробьёт — тут и ежу понятно, а вот кисть...

— А-А-А! ТЫ МНЕ РУКУ ПРОБИЛ!— заорал придурок, и вокруг начался кипиш.

Зал резко опустел: посетители торопились свалить подальше от возможной драки.

— Ну вот, я встал. Дальше что? Ты кто такой, мусор? — поднялся из-за стола и взглянул на баюкающего руку волосатого, небритого и нестриженного мужика лет сорока с волевым подбородком.

— Падла. Я тебя сгною! Ребята, взять его!

— Ребята, я же покалечу... Подумайте три раза, — честно предупредил архаровцев и надел на голову шлем, что лежал на столе по левую руку от меня всё это время.

Эффект от шлема подействовал как нужно. Половина выряженных как попало бойцов неловко переминались с ноги на ногу, кое-кто просто отводил взгляд. На меня бросилось лишь трое из восьми. Только пробираясь мимо плотно расставленной мебели, эти недомерки изрядно мешали друг другу.

Первого из смелых я банально воткнул лицом в соседний столик, ломая хрупкий пластик.

Замах второго бойца принял на грудь и с удовольствием любовался его вытаращенными от боли глазами. Там столько элементов защиты и металлических пластин, что бить в грудь — худшее из возможных решений. До моей тушки не каждый меч доберётся, чего уж говорить о кулаке.

— И это, по-твоему, удар? Вот это удар, — я схватил за хвост карася и с размаху втащил ему леща. Кости впились в щёку и тот истерично заверещал, после чего отправился в полёт на начальника, от моего пинка ногой.

Последний приземлился на раненную руку и заорал пуще прежнего. Третий противник, ставший менее расторопным, как и оставшиеся на месте, не знал, что ему предпринять, и переминался с ноги на ногу.