Реликт (том 1)

— Видно, придется тебе сыграть «соло на струне» в одиночестве. Вернее, в компании с чужанами.

Берестов промолчал."

"«Голем» был напичкан системами связи и передачи данных, записями на десяти земных языках всех мыслимых программ контакта с Конструктором, и все предупреждения и напутствия были лишними, поэтому комиссар-два не стал повторять параграфы инструкций, он просто сказал:

— Мы ждем тебя, сынок.

По внешним видеомониторам было видно, как серебристый четырехгранник «голема» искрой сорвался с чаши стартового манипулятора в сторону светящейся решетки чужанского «перевертыша» с подстроенной решетчатой пирамидой преобразователя по центру. И в этот момент буквально в полусотне километров от спейсера возникло из ничего светящееся тело «беглого» спейсера «Афанеор», а приемники, прохрипев, донесли чей-то металлический голос:

— Просим принять посла.

Буря возгласов, команд, вопросов и ответов, гудков и очередей точек и тире — речи автоматов — пронеслась и стихла, люди были готовы отразить атаку и ответить на удар, но голос комиссара-два послужил для всех холодным душем:

— Атака — только в качестве ответа! «Полундру» защите!

Берестов притормозил.

— Кто говорит?

— Мы. — Виом оперативного ответа показал рубку «Афанеора» и трех людей в креслах — Мэтьюза Купера, Анатолия Шубина и Шебранна.

— Вы понимаете, что блокированы по всем векторам, кроме вектора отхода? Одно неверное движение — и автоматы…

— Понимаем и принимаем ваши условия.

— Вовремя. Кто ваш представитель?

— Нгуо Ранги.

— Возьмите пеленг «голема» Берестова, он наш посол, догоняйте, времени в обрез.

— Мы успеем. Посланец будет на месте одновременно с Берестовым.

— Тогда высаживайте посла и покиньте тревожную зону. Даю три минуты на все операции.

Связь с «Афанеором» прекратилась.

В обзорном виоме было видно, как из развернувшейся в боку спейсера мульды десантного люка выскользнула одинокая снежинка — вакуум-плотный куттер с единственным пилотом. Фотоумножители приблизили аппарат, и наблюдавшие эту картину зрители увидели холодное, с плотно сжатыми губами лицо бывшего пограничника Эрнеста Гиро.

«Афанеор», спустя отпущенные ему три минуты, окутался белым «дымом» компакт-преобразования, исчез. Куттер устремился за «големом» Берестова и догнал его уже возле красивой решетчатой пирамиды в центре чужанского вакуумпреобразователя.

Корабли-«бревна» роидов все еще находились возле своего сооружения, но никак не прореагировали на появление гостей. Рядом с ними вот уже несколько часов неподвижно висел «пакмак» Габриэля Грехова.