Реликт (том 1)

А в соседнем кресле, слева, моталось плохо закрепленное тело мертвого Забары, и справа в другом кресле лежал Грехов, и был ли он жив, никто не знал.

Пилот Виртового когга сидел на полу рубки, глядя на экраны равнодушным взором: шок не отпускал его, и пилот тоже был как мертвый.

Когг пробил тропосферу, стратосфера встретила его слабым шорохом человеческих голосов, усиливающихся с каждой секундой.

— Держитесь, ребята, — шептал Диего в полузабытьи, и все увеличивал и увеличивал скорость, не надеясь на свои силы, зная, что работает на пределе.

— Держитесь… держитесь…

Он потерял сознание уже над базой. Но кораблю не дали упасть: спасательные шлюпы перехватили его и бережно отнесли в ангар техобслуживания.

* * *Очнулся Диего через несколько часов, сразу поняв, что лежит в медцентре одного из крейсеров флота УАСС.

— Грехов? — требовательно проговорил он в спину врача.

— Жив, — не удивился его вопросу врач; это был Нагорин. Он кивком отпустил коллегу и присел рядом с «саркофагом».

— Остальные?

— Забара… в гипотерме, мозг отстоять не удалось.

Диего застонал и отвернулся. Но тут же снова повернулся к Нагорину.

— Почему вы здесь? Вы же в комиссии по безопасности…

Нагорин сидя проверил показания кибердиагноста, переключил что-то на панели автомеда и откинул прозрачную крышку «саркофага». Ванна «саркофага» со всем ее оборудованием откатилась к стене комнаты. Диего остался лежать на трубчатой раме постели, поддерживаемой спиралями гашения колебаний.

Нагорин встал, сел снова и, поколебавшись, сказал:

— Прилетели «серые призраки». Все наши базы на Марсе свернуты, центр координации перенесен на «Витязь», ты в его медсекторе.

— «Витязь»? Я так и подумал. А чем занимаются «серые призраки»? Поглядеть бы…

— Я включу связь с рубкой, — вздохнул Нагорин без улыбки. — Иначе ведь тебя здесь не удержишь.

Нагорин повернул кровать в другое положение, придал ей небольшой наклон, чтобы удобно было смотреть, и вскрыл в стене универсальную подставку виома. Стена напротив стала зыбкой, подернулась перламутровым туманом и исчезла. Вместо нее появился «вход» в экспедиционный зал крейсера. Главный виом зала показывал черноту космоса, бурый с оранжевым глобус Марса и рядом еще один белесоватый шарик, имеющий нечеткие границы. Шар этот внезапно распался на десятки «снежных хлопьев», и Диего понял, что это «серые призраки».

«Снежинки» «призраков» стали уменьшаться в размерах, направляясь к громаде Марса. В северном полушарии планеты виднелось проглядывающее сквозь космы пыли и облаков черное пятно, занимающее площадь едва ли не с половину ее видимого диска.

— Зонд! — сказал кто-то в зале. Диего узнал Торанца.