Реквием в Брансвик-гарденс

Пересчитывая все по три раза, он никак не мог сообразить, что, собственно, делает.

– Доброе утро, мистер Кордэ, – проговорил дворецкий с явным облегчением оттого, что есть повод прервать свое занятие, и встал. – Что я могу сделать для вас, сэр?

– Доброе утро, Эмсли, – ответил Доминик, закрывая за собой дверь. – Я зашел посмотреть, как идут здесь дела после утренних событий…

Домоправитель покачал головой:

– Я ничего не понимаю, сэр. Нет, мне понятно, что они говорят, но я понять не могу, как это могло случиться. Я служу в этом доме тридцать лет, с тех пор, когда мистера Мэлори еще не было на свете, и потому просто не верю словам Стендера и Брейтуэйт, что бы они там ни слышали.

– Садитесь, – предложил ему священник и сел на другой стул, чтобы не смущать собеседника.

– Инспектор приходил сюда, сэр, – продолжил Эмсли, с благодарностью приняв предложение, – задал нам уйму вопросов, с виду бесцельных. Никто из нас ничего не знает. – Он поджал губы.

– Значит, никто из вас даже не подходил к лестнице? – Доминик сам не знал, на какой ответ надеется. День превратился в кошмар, от которого никак не удавалось очнуться.

– Нет, сэр, – мрачным тоном отозвался дворецкий. – Мы с миссис Хендерсон были в ее комнате, проверяли наличие постельного белья. Нам нужны простыни. Забавно, как все они ветшают одновременно… Нужна по меньшей мере дюжина простыней. Из лучшего ирландского полотна. Конечно, они не вечны… что можно еще сказать?

– A что повар? – спросил Кордэ, стараясь не подражать известной полицейской манере вести допрос.

– Был на кухне. – Эмсли покачал головой. – Как и весь кухонный персонал: все были на кухне или в судомойне. Джеймс чистил ножи, Лиззи разжигала камин в комнате отдыха, Рози была в прачечной. Она только что перевернула матрасы, перестелила постели и снесла белье вниз. Марджери полировала медную утварь и расставила ее на столе в большой буфетной, a Нелли убирала в столовой.

Смешно было и думать, что одна из служанок могла столкнуть Юнити с лестницы. Однако не менее абсурдно было предполагать, что это сделал Рэмси.

– Вы в этом уверены? – уточнил Кордэ, и, заметив обиженное выражение на лице дворецкого, подумал, что следует как-то пояснить свой вопрос. – Никто из вас ничего не видел и не слышал… или, может, боится что-то сказать?

– Инспектор из полиции тоже задавал этот вопрос, – горестным тоном ответил Эмсли. – Нет, мистер Кордэ. Я знаю, насколько быстро служанка может начистить медь. И я пойму, если она отрывалась от дела. A миссис Хендерсон поймет, что Рози отлучилась со своего места… или Нелли.

– А как насчет служанки для черной работы, как ее зовут… Гвен?

– Она отшивала коридорного, – ответил дворецкий с тенью улыбки, через мгновение исчезнувшей с его лица.