Реквием в Брансвик-гарденс

Тот смотрел в окно, по которому теперь барабанил весенний дождь, но немедленно повернулся на стук открывшейся двери. На лице его был написан вопрос.

Питт закрыл за собой дверь:

– Простите, что беспокою вас, мистер Парментер, но я не сомневаюсь в том, что вы согласитесь с тем, что я должен продолжить расспросы.

– Вполне понимаю вас, – нерешительно отозвался молодой человек. – Но не представляю, что могу сказать вам. Я не имею собственного мнения о том, что случилось. Все это время я находился в зимнем саду. После завтрака я вообще не видел мисс Беллвуд. Должно быть, она поднялась наверх, в кабинет, чтобы работать вместе с отцом, однако я не могу утверждать этого и не знаю, что произошло потом.

– Очевидно, они поссорились, как сказал преподобный Парментер и что подтверждают слышавшие ссору горничная и слуга.

– Это меня не удивляет, – ответил Мэлори, разглядывая свои руки. – Они ссорились достаточно часто. Мисс Беллвуд была слишком самоуверенна, и ей не хватало такта или понимания людей, чтобы воздержаться от выражения собственных мнений, которые следует называть в лучшем случае сомнительными.

– Вы не испытывали к ней симпатии, – заметил Томас.

Его собеседник резко поднял взгляд, обратив к нему карие глаза.

– С моей точки зрения, они были просто оскорбительными, – поправил он себя. – Но ничего личного я против нее не имел.

Похоже, ему было важно, чтобы Питт поверил в эти слова.

– Вы живете сейчас дома, мистер Парментер? – уточнил полицейский.

– Временно. Я скоро отправлюсь в Рим, чтобы поступить в семинарию. Я готовлюсь к принятию священного сана.

Молодой человек произнес эти слова с неким удовлетворением, однако наблюдая при этом за лицом собеседника.

– В Рим? – удивился тот.

В данной ситуации Питт не мог сказать ничего такого, что не показалось бы глупостью. Он вполне представлял себе чувства Рэмси Парментера, когда сын явился к нему с подобной вестью. История раскола между двумя церквями – столетия кровавых гонений, проскрипций и даже мученичества – вошла в плоть и кровь народа. Всего несколько месяцев назад – точнее, в прошлом октябре – Томас сам имел возможность наблюдать вблизи за ирландскими политиками, увлеченными страстной ненавистью между двумя религиями. Протестантизму был присущ неизмеримо более критичный подход ко всему, вне зависимости от того, соглашаешься ты с его этикой или нет.

– Понятно, – проговорил суперинтендант мрачным тоном. – Едва ли можно удивляться тому, что вы находили оскорбительным атеизм мисс Беллвуд.

– Напротив, мне было жаль ее, – вновь поправил его Мэлори. – Прискорбно видеть, когда человеческое создание настолько сбивается с пути, что начинает считать, что Бога нет. Подобное мнение разрушает основания нравственности.

Он лгал.