Реквием по любви. Грехи отцов

Следовательно, и вопрос остается неизменным: что мне делать? Что мне со всем этим делать? Рискнуть жизнями близких, родных, ни в чем невиновных? Или запастись терпением, и дождаться лучших времен? Я не знаю! Нужно подумать. Нужно хорошенько все взвесить. И обязательно перестраховаться на всякий случай. У меня странные предчувствия. Нехорошие. Нечто подобное терзало меня перед смертью Кирилла. Вот и теперь я не могу отделаться от ощущения, что вскоре произойдет нечто… похожее. Я не утверждаю. Вовсе, нет. Возможно, просто накручиваю себя. Возможно, это игры моего разума. Но в одном я уверена – молчать больше нельзя. Вы должны узнать всю правду. И если вдруг по какой-то причине я не смогу озвучить ее вам лично, то… надеюсь, хоть эта запись однажды поможет вам во всем разобраться. Итак, с чего бы начать…

Глава 75

Мама поднялась со стула, и ушла куда-то, исчезая из кадра на пару-тройку секунд. А когда вернулась обратно, разложила на столе предметы, которые Лиза недавно обнаружила в шкатулке. Взяв в одну руку отцовский перстень, а в другую – пучок темных волос, она пояснила:"

"- Во времена, когда Кирилл заподозрил неладное, и раздобыл кровь Гарика, методы исследований были на порядок ниже, чем сейчас. Кроме подробного анализа крови Кир ничем не располагал. Но сегодня медицина шагнула вперед, и теперь мы можем сделать подробнейший сравнительный тест-ДНК. И мы его сделали! Достать волосы самозванца не составило особого труда. Пришлось отстегнуть кругленькую сумму одной из его шлюх. Она срезала их прямо с его головы, пока он крепко спал после их бурной ночки. У нас появился важный биоматериал. Но… тест не показал нам ничего нового. Лишь то, что мы и так знали. Кровь и волосы принадлежат двум совершенно разным людям, между которыми нет вообще никакого кровного родства. Вот официальный документ, подтверждающий это. Для тех, кто сомневается, поясню: данное исследование можно провести повторно, в любой из лабораторий страны. Но, уверяю - результат везде будет идентичным!

Мама продемонстрировала в камеру листок с заключением по анализу.

- Вы глубоко заблуждаетесь, если думаете, что на этом я успокоилась. Не стоит недооценивать влюбленную женщину, у которой вы отняли… смысл ее существования! Мне нужна была правда. Мне нужно было имя. Настоящее имя самозванца. И тут начинается самое интересное. Со слов домработницы Гарика, и прочих его помощников по хозяйству, которые были без причины уволены сразу после той мутной аварии - непроверенных людей он в свой дом не впускал. Осторожничал. Но… кое-кого все же впустил. Ей стала некая Павлина Михайловна – женщина, якобы оказавшаяся в сложной жизненной ситуации.

Она уверяла, что в разгар кризиса осталась без работы.