Хороший ректор — мертвый ректор

Мне казалось, что я вся светилась от счастья и вправду походила на маяк, разгонявший тьму.

Я выпорхнула на улицу и налетела на крепкое мужское тело. Подняла голову, чтобы извиниться, и увидела своего соседа по парте. Мне немедленно захотелось поделиться с ним своими успехами:

— Ингрэм, я это сделала! У меня получилось! — радостно закричала я.

— Ты все-таки сварила зелье?! — удивленно воскликнул всегда столь спокойный адепт.

— Да! — меня переполняла радость.

Ингрэм внезапно поднял меня на руки, и я ухватилась от неожиданности ему за шею, а затем он стал кружить меня. Мои туфли разлетелись в разные стороны. Мне было так легко на душе, что я начала смеяться. Звонкий смех разносился по всей округе. В какой-то момент он остановился и осторожно поставил меня себе на ноги, продолжая придерживать за талию. Его сильные руки обнимали меня, дарили чувство защищенности и надежности. Мы смотрели друг другу в глаза, не в силах отвести взгляд. Я понимала, что все это неправильно. До тех пор, пока связана с Говардом, я не имела права так себя вести. Смущение охватило меня, и волшебство момента было нарушено.

— А что ты здесь делаешь? — решила хоть немного сгладить неловкость, появившуюся между нами.

— Тебя жду, — ответил Ингрэм, и мои щеки залились румянцем от его прямоты. Я не знала даже, что сказать ему в ответ. — Давай я перенесу тебя сразу в общежитие, а то ты замерзла уже.

Брюнет снова поднял меня на руки, и я не успела даже возразить ему, как очутилась в своей комнате. Он аккуратно поставил меня на пол, а затем, ни говоря ни слова, исчез. Я уже мысленно распрощалась со своими новыми туфлями, как через пару минут появился Ингрэм, державший в руке мою обувь. На его губах по-прежнему играла едва заметная улыбка.

— Спасибо, — проговорила я, забирая у него свои туфли.

— Всегда рад помочь, — учтиво ответил адепт. — Спокойной ночи, Эмилия!

— Спокойной ночи! — отозвалась я, и он исчез."

"Я недоуменно пожала плечами, не понимая, зачем понадобилась одногруппнику в это время, и отправилась к Берте, чтобы поделиться и с ней радостными новостями. Долго засиживаться не стала, так как усталость очень скоро дала о себе знать. Стоило мне принять душ, и голове коснуться подушки, как я провалилась в мир сновидений. Обжорка не пришел и вовсе ко мне этой ночью, если судить по тому, что яблоко, оставленное мной для этой наглой мордочки, осталось лежать на столе нетронутым. Я боялась, что с ним могло случиться что-то плохое, но надеялась на лучшее.

Теперь мной целиком и полностью овладела мысль о том, как достать свое же изобретение, поскольку уже в понедельник должен был вернуться Говард.