Господин Ректор

Горечи от того, что произошедшее с моей семьёй до сих пор отдавалось в груди колючим ежом несправедливости, и гордости за себя, что сумела перестроиться, не сдалась, выжила, не опустилась до продажи себя, не топила горе потери в вине или веществах, а выучилась и выбилась в люди. Родители бы гордились мной. И я собой гордилась.

Проснулась также резко, как и засыпала, потянувшись взглянула в окно — лёгкие сумерки. Значит проспала часа четыре-пять.

Умылась холодной водой, прогоняя остатки сна и приняла решение глядя на своё отражение. Видя в своих глазах обреченную решимость.

До того как едва слышно скрипнула дверь, до того как безмолвно вступили в моё уютное узилище три уже надоевшие девицы, до того как оторваться от окна за которым скрыта моя свобода или гибель, я знала — я больше здесь не останусь. Это была последняя ночь в гостях у халифца и его прекрасных жён, мне пора к сыну.

И если кто будет сильно против я не виновата. Ждать больше я не могу.

Снова эти девчушки берут меня в оборот, я расслабленно позволяю им ухаживать за собой, демонстрирую смирение и волнение. Служанки наперебой щебечут на своём напевном языке что-то ободряющее, споро облачая меня в нарядный бюстик изумрудного цвета расшитый золотом и драгоценными камнями с тонкими кусочками ткани повисшими на плечах, пристраивая на меня шифоновую юбку с разрезами, тяжёлый пояс в комплект к бюстику расшит золотом и усыпан драгоценными камнями.

Сразу фиксирую, что наряд совершенно не функционален, убегать в таком проблематично, ткань имитирующая рукавчик сковывает движения, юбка норовит уползти и потеряться в ногах, намекая, что она создана буквально для того чтобы тут же пасть, белья естественно не предусмотрено.

Снова цепочки, на живот, на талию, на спину, на голову. Тяжёлые, золотые, браслеты на ноги и на руки, на предплечья. Я под всем этим металлом словно в кандалах.

С трудом удерживаю на лице смиренный вид.

Ничего, хмуриться потом будут они, когда я свалю и эти безделушки продам.

А вот эти мягкие атласные тапочки с бубенчиками меня совершенно не радуют. Они сотрутся минут через двадцать по мощёной камнями дороге, а уж в пыли и подавно.

Но имеем то что имеем. Одежда на текущий момент не самая большая моя проблема.

Поставленная задача совершить побег из сего дворца удовольствий — цель из разряда осуществи неосуществимое. Потому что выпросить прогулку и просто ломануться сквозь ворота сверкая пятками явно провальный план. Меня скрутят раньше чем я повернусь решительным парусником в нужную мне сторону.

Бежать в ночи через окошко по вероятно весьма охраняемой территории тоже такая себе история.