Реконструктор

Одновременно с этим, пользуясь условиями местности, пехотное прикрытие пулемета, скрытно приблизившись, атаковало группу. В завязавшейся рукопашной схватке получил штыковое ранение в грудь рядовой Магерт. Возникла угроза его захвата в плен. Но в это время оставшийся в результате обстрела без оружия (винтовка была повреждена пулями) командовавший группой рядовой Красовски вступил с солдатами противника в рукопашную схватку. Умело действуя штыком, он отразил нападение превосходящих сил противника и под огнем вынес с поля боя раненого товарища.

Сосредоточенным огнем взвода противник был рассеян и отступил. Пулемет был подавлен, стрелявший из него сержант Красной армии – убит. Осмотром места боестолкновения было установлено, что среди отступивших солдат противника имеются раненые. Обнаружены следы волочения тел, крови и остатки перевязочного материала.

Наши потери составляют:

убитыми – один унтер-офицер и двое рядовых солдат;

ранено – пять рядовых солдат.

Хочу отметить умелые действия рядового Макса Красовски. Еще до прибытия в часть он, согласно рапорту обер-лейтенанта Левинзона, проявил выдержку и смекалку, заменив убитого бандитами водителя автомашины с боеприпасами, которую вывел из-под огня противника и доставил по месту назначения.

Командир первого взвода второй роты118-го пехотного батальоналейтенант Макс КраузенИ вновь я вижу все тот же сон. Мы опять сидим у костра. Я и мои товарищи, одетые в привычную серую форму. Тихо переговариваемся и передаем друг другу жестяные кружки с чаем. Вместе с кружкой я получаю и бутерброд – толстый ломоть восхитительно белого хлеба, намазанный чем-то белым и очень вкусным. Не маслом! Откуда-то всплывает название продукта – «плавленый сыр». Странно, разве сыр может быть таким? Он имеет нежный аромат и чуть-чуть острый привкус, с примесью перца, должно быть. И опять, как в прошлый раз, раздвигаются мои товарищи в сторону, пропуская к костру пришедшего.

На этот раз я уже успеваю его хорошо рассмотреть.

Это русский!"

"Одетый в военную форму Красной армии.

Он без оружия, только на поясе висит нож в черных ножнах. Красноармеец подходит к костру, здоровается.

По-русски!

Я это хорошо понимаю.

И ему отвечают… тоже по-русски! Правда, я не успеваю разглядеть, кто именно это делает.

Мой сосед отодвигается, и красноармеец присаживается рядом со мной.

– Привет, Макс! – говорит он мне. – Сапоги не жмут?

– Герр лейтенант! Рядовой Красовски прибыл по вашему приказанию!

– Садись, Макс! – Взводный указывает мне на стул.

Присаживаюсь.

– Словом, Макс, – говорит Краузен. – Пришел приказ…

Я весь внимание, напрягаю слух.

– В нем есть и кое-что относительно тебя. Есть хорошие новости – ты теперь старший стрелок, обершютце.