Реконструктор

Офицер!

Оклемался-таки…

Что-то мало я ему наподдал!

А нельзя ему живым в плен попадать, никак нельзя. Станут его потрошить – он про Макса Красовски все и расскажет…

Кувырок вперед! Сбить фрицу прицел!

За спиною трещат выстрелы – плевать! Пусть Николай воюет. Там их много быть не должно.

Выхожу из кувырка почти одновременно с выстрелом. Автомат звякает – в него пришлось! Но немец – вот он, почти рядом!

Нажимаю на спуск – выстрела нет. Бесполезная железка летит офицеру в лицо – удачно!

Не в том смысле, что я в него попал, здесь не повезло, но он откидывает голову в сторону, и пистолетная пуля бесполезно вспарывает воздух где-то в стороне.

Моя рука ныряет вниз – за штыком.

Левой рукой отбиваю в сторону пистолет.

Немец что-то кричит, бьет меня левой рукой в лицо…

Поздно!

Клинок входит ему куда-то в грудь, и офицер сразу обмякает.

Но он еще жив, хрипит и пробует достать меня пулей. Тщетно: я крепко держу его за руку. И пуля проходит мимо. Вновь бью его штыком, теперь уже неприцельно. Живучий какой чертяка, и по башке ему досталось, и сверху сверзился – ан нет, стреляет до сих пор.

Но все, слышу сухой щелчок – патроны в пистолете закончились. Да и немец, похоже, тоже закончился – уже не дергается и не кричит.

Отпускаю его, и он бесформенной кучей оседает на землю.

Так, с ним покончено, осталось только Николаю пособить. Судя по стрельбе, он там еще как-то держится. Блин, сколько же там солдат было, в грузовичке этом?

Быстрый взгляд на автомат – кирдык машинке, пуля пробила кожух и чего-то там, наверное, покорежила. Подхватываю с земли пистолет офицера, а из кармашка его кобуры вытаскиваю запасной магазин. Сменить магазин в парабеллуме – секундное дело, и я, прячась за полугрузовиком, начинаю его обходить. Стрельба раздается откуда-то с той стороны, и уцелевшие немцы, скорее всего, прячутся в канаве – машина стоит совсем рядом с ней. Пригнусь: стоять во весь рост небезопасно.

Осторожно выглядываю из-за колеса. Слева, через борт свисает подстреленный солдат, а на дороге лежит еще один. Этот – точно не мой, я сюда не стрелял: мешал кузов. А где уцелевшие немцы?

Вот он, один – из канавы торчит винтовочный ствол. А вот и сам хозяин… был.

И сразу наступает тишина…

Слышно, как в лесу оживают испуганные выстрелами птицы.

А здесь – здесь тихо. Только что-то потрескивает в остывающем моторе грузовой машины.

– Николай! Цел?

Секунда молчания.

– Ты, Максим? Живой?

– Да вроде… Не стрельни там ненароком, выхожу.

Поднимаюсь на ноги.

Из-за гребня оврага показывается настороженное лицо моего попутчика. Оглядевшись, он уже смелее встает на ноги.

– Как ты?

– Нормально… даже живот больше не болит.

– Во как? Ну ты, брат, даешь…

– На себя глянь!

И впрямь – тот еще видок. Шинель – однозначно в помойку.