Люди Великой реки (том 2)

Ты разве не чувствуешь? – ответила Маша, даже не обратив внимания на «дорогую», на которую всегда злилась.

– Чувствую – кивнула демонесса – Так чувствую, что мне даже плохо. Там что-то очень страшное. Даже для меня.

У меня вообще язык присыхал к гортани. Где-то совсем рядом, за каменной стеной, ждало нас нечто настолько огромное, величиной в весь этот мир, хищное как бездна и жестокое как адское пламя. Могучая, чудовищная Сила протекала через это места, словно сотканная из боли, крови и трупного тления, по сравнению с которой даже смерть казалась чем-то добрым и благостным.

– Я не могу – прошептала Маша – Я должна это увидеть, или никогда в жизни, сколько бы мне не осталось, я не буду знать покоя.

И она произнесла заклинание. Стена перед нами словно подернулась дымкой, затем стала неожиданно светлеть, а потом за ней, становящейся все прозрачней и прозрачней, начали проступать контуры темного, отделанного белым мертвым мрамором зала. Четыре колонны ограждали нечто, скрытое тьмой, в середине его. Тьма клубилась в углах, тьма собиралась под потолком крипты. Но что было в центре ее, пока не удавалось разглядеть.

– Что это? – прошептала Лари.

– Увидишь… – ответила Маша.

За стеной становилось все светлее и светлее, постепенно тьма открыла основание мраморного постамента, отступая все выше. На постаменте оказалась статуя. Сделанная из синеватого камня, она изображала идеально сложенную обнаженную женщину, сидящую, скрестив ноги и вывернув пятки. Синее тело, черные волосы, сделанные так, словно они были настоящими, черные глаза без белков, черные губы. Длинный ярко красный язык, опущенный в черную чашу, в которую равномерно, одна за другой, падали сверкающие золотые звездочки, образуясь прямо в темной пустоте. Ожерелье из черепов чудовищ на высокой груди.

Ее можно было бы принять за саму Кали, Черную Богиню, если бы у женщины не было всего две руки. В правой она держала причудливо изогнутый палаческий меч, в левой золотую чашу с чернением, из которой как пар клубилась тьма.

– Ракшаса… – прошептала Маша – Это не алтарь, это Сосуд.

– Кто такая ракшаса? – также прошептал я.

В моих энциклопедиях такая тварь не числилась. Хотя, тут все пахло богами, а на них я не охотился – кишка тока, знаете ли.

– Демон-слуга, прислуживающая Кали, собирающая для нее Силу и кровь… – ответила за Машу Лари.

Я глаз не мог оторвать от статуи, от столь великого Зла, что находилось против меня, и одновременно поражаясь тому совершенству, с которым была сделана статуя. И чем больше я смотрел, тем яснее видел каким-то внутренним зрением, как была растерзана долгими пытками жертва в храме над нами. Как кровь ее впиталась белым камнем жертвенника, и который теперь по капле ронял ее.