У Великой реки. Битва

Стоят себе два человека в тени, прислонясь к забору. У обоих карабины с плеча свисают стволами вниз, вскинуть – дело мгновения. До дверей трактира полста метров. Над дверями фонарь. Кто выйдет – тот словно в добровольные мишени записался, а вот разглядеть стоящих в тени при всем желании не сможет: свет не даст. И подозрений никаких – стоят себе двое и стоят, может быть, поболтать, а может, покурить остановились. Но сзади они никого не ждут.

Силуэты братьев выделялись на фоне света словно вырезанные из черной бумаги мишени. Промахнуться невозможно при всем желании. Вновь приложился, навел красную точку в центре перекрестья на голову кого-то из них, кажется Пера, и плавно нажал на спуск. Пистолет слегка брыкнулся в руке, вышвырнув пустую гильзу, но не успела она коснуться земли, как я уже поймал в прицел второго брата и выстрелил еще. Все.

Два тела лежали в пыли неподвижно, рухнув без стона и крика. Идеально попал, обоим в затылок. Я подождал минутку, ожидая возможной шумной реакции от каких-нибудь не замеченных ранее сообщников или просто прохожих, но все было тихо. Тогда я, все так же держась в тени, подбежал к телам, присел рядом. Так и есть, Пер и Волло. Значит, вместе с молодым бандитом я завалил Батора. Все спеклись, что и требовалось. Только мстителей на мою голову не хватало ко всем прочим проблемам.

На боку у Пера висела почти пустая, но объемистая кожаная сумка, которую я сорвал с него и заглянул внутрь. Ничего особого внутри, только складной нож с инструментами да какие-то ключи с амулетом-брелоком. Амулет простенький, Маша такой на раз сломает. Что еще?

Револьвер хороший. Но от рукоятки магией заметно прет. С сюрпризом щечки, скорее всего. Схватит кто чужой, нажмет на спуск – и без руки останется, если не что похуже. А может, и проклятие поймает особо мерзостное. Этого не надо, к демонам чужое оружие. А патроны выгребу. Они у него как раз сорок четвертого калибра, мне очень пригодятся. И винтовочные тоже будут как нельзя кстати, благо сама винтовка тоже с сюрпризом.

На шее амулет – на тонкой цепочке из черного металла диск с тремя короткими зубцами по нижнему краю и изображение заходящего солнца. Знак Кали. Покойный, видать, окончательно в туги записался. Амулетик специальный – для опознания убитого, чтобы ему войти куда-то. Лицевая сторона вся мелкими царапинами покрыта, словно его к чему-то регулярно прикладывали. Надо прихватить амулетик: мало ли что!

Все собираемое с убитого я бросал в сумку. В последнюю очередь мой взгляд упал на кошелек, шитый серебряной нитью и висящий на поясе. Кошель выглядел полным и слегка фонил. Знаю такое – без пальцев любого карманника оставит. Но это если в толпе на ощупь тянуть.