Пограничная река

Зелеными лентами на ней выделялись полоски древесной растительности вдоль ручьев и речушек. На вершинах редких гривок местами серели каменистые проплешины.

Вдали, у горизонта, поднимались настоящие горы — массивные, мрачные, загадочно-притягательные. К западу они заметно увеличивались, а к востоку горная гряда сходила на нет. Если вспомнить рассказы Риты, и ее схему, вычерченную на одном из привалов прутиком на земле, становится легче на душе. Ведь это наверняка те самые упомянутые ею «Горы Каннибалов». Мрачное, конечно, название, но зато теперь понятно куда идти — на юго-восток. Где-то там они должны уткнуться в Нару, а на другом ее берегу будут земли, населенные союзниками островитян — ваксами, пришедшими в прошлом году.

Следов хозяйственной деятельности хайтов заметно не было: в степи полным-полно деревьев и кустов — если их и вырубали когда-то, то было это десятки лет назад. Единственное — внизу, у подножия склона, можно было разглядеть поселок аборигенов. Но даже близорукому Андрею было понятно, что он позаброшен очень давно — строения почти рассыпались.

Рита, указав вниз, довольно усмехнулась:

— Река. Тот поселок стоит у реки. То, что нам сейчас как раз нужно.

* * *Против плана Андрея устроить здесь долгий отдых никто не возражал: все понимали, что это действительно необходимо. Его, правда, продолжал смущать огонь, замеченный ночью — неприятно сознавать, что неподалеку может быть поселок хайтов. Хотя, что значит «неподалеку»? До него может быть все двадцать километров. А если и десять, то какая разница? Он останется по ту сторону гряды, оттуда их лагерь не разглядеть — ночью аборигены не покидают свое жилье. Днем тоже опасности практически нет — хайты далеко от поселков отходят редко."

"Спускаясь вниз, люди лишний раз убедились, что эта местность действительно дикая. Они испугали здоровенную птицу, удравшую от людей подобно карликовому страусу, и пару зайцев, смывшихся с не меньшей прытью. Кроме того подняли стайку перепелок, а уж сусликов здесь было видимо-невидимо. Наличие полчищ этих грызунов натолкнуло Андрея на нехорошие размышления о происхождении вяленого мяса, попадавшегося в «халве» Ведь там, за увалом, сусликов было гораздо меньше — будто их кто-то планомерно истреблял.

Поселок не впечатлил: от сараев остались лишь холмики оплывших стен. Если бы не геометрическая правильность этих останков, прошли бы мимо, не заметив. Река впечатлила еще меньше — ее и речкой-то трудно было назвать. Чистейший ручей шириной метра два в самых серьезных местах. Журчит бодренько, дно песчаное, иногда с камнями. Кое-где над поверхностью возвышаются добротно отшлифованные валуны. Из-под одного на глазах Андрея вынеслась маленькая рыбка, пулей скрылась вниз по течению.