Рейнджер

В торжественной обстановке на моей груди появилась забавная татуировка. Ессно, потом была пьянка. Потом я пришел к рейнджерам, которых попросили на время из поселка, и пьянка опять набрала обороты. Никто меня ни о чем не спрашивал. Все и так все понимали. Кенара в это время находилась под присмотром двух клыкастиков, которым не повезло, и занималась озеленением леса. В честь праздника от стирки и готовки она была освобождена. Я даже налил ей кубок вина. Пусть ценит мою доброту. Не оценила – выплеснула мне в лицо. Странная она какая-то стала после моей невинной шутки. Хорошо, что эльфа не повелительница огня. Уголек из меня получился бы плохой, об этом ясно говорили ее глазищи.

– Давай спать, Гил, – сказал я и направился к своей палатке.

Жаль, что Добряк ничего не помнит. Очнулся утром около Закрытого леса. Рядом вепрь и друид, который послал его очень далеко. Друид послал. К нам послал. Не понял?

– А почему, собственно говоря, мы плачем? – поинтересовался я у Кенары.

Зря. Она вообще захлебнулась слезами. Не зря. Мой план сработал. Демонстративное нежелание узнавать у нее что-либо принесло свои плоды. Все редкие и осторожные попытки эльфы осведомиться о своей судьбе как у меня, так и у других членов карательного отряда вызывали лишь недоумение, перемешанное с жалостью. И что ты такая дура? Привезем тебя к мангусту. Выпотрошат там твою прелестную головку – и будьте добры на костер. Не любят рейнджеры слуг Проклятого.

– Меня казнят? – всхлипывая, спросила Кенара.

– А как ты думаешь, что делают со слугами Темного? – поинтересовался я.

Кулачки эльфы сжались, глаза засверкали, а слезы моментально высохли.

– Я никогда не служила Проклятому, – выкрикнула Кенара.

– Мне это не интересно, – ответил я. – Ты была в черном караване. Ты участвовала со своими телохранителями в бою. Ты атаковала карательный отряд. Ты сбежала. Ты атаковала меня и моих друзей, когда мы вас догнали. Твои спутники мертвы, а ты еще жива. Цени это, а не думай о своем незавидном будущем.

– Я… я… я не могу ничего сказать, но я не прислужница Проклятого, и мои спутники тоже к черноте не имеют ни малейшего отношения, – тихо сказала Кенара."

"– Повторяю, – покачал я головой, – мне это не интересно. Хотя допустим, только допустим, что тебе нужно было попасть зачем-то в пограничье. Сюда идут только с одной целью: что-то найти. Что-то забрать из известного места. Но тогда возникают вопросы. Почему ты просто не приехала в седьмой поселок? В Белгор после ваших шалостей ушастым путь закрыт, но рейнджеры никаких претензий к эльфам не имели. Почему ты не наняла проводников и охрану здесь? Почему ты присоединилась к черному каравану? Почему ты выбрала более длительный путь и таких опасных проводников? И это еще не все вопросы, которые возникают.