Рейнджер

Как я его легко взял на понт, как говорят в некоторых кругах на моей родине, – аж самому не верится. Хотя его тоже можно понять. Прошел внешний периметр – значит, имел дело с тварями постоянно. Знает их привычки. На ауре темное благословение. Про караван, давно ожидаемый, разговор сам начал. Крием Баросским пугал. Кто это еще может быть? Охотник? Не смешите меня. Охотники – это далекие и страшные чудовища из Белгора, которые с именем Создателя на устах убивают всех встречных добрых и пушистых темных. Да откуда здесь охотники? Ни разу охотникам не скидывали заказ на работу в пограничье. Рейнджер? Ты вообще дурак. Как мог рейнджер выйти прямо на меня? Как он мог сориентироваться в здешнем подземелье? Выйти на место, откуда я контролирую тварей, которые обеспечивают внешнюю защиту логова Повелителя! Только тот может сюда попасть, кто знает, куда идти. Да и кто из рейнджеров или охотников в одиночку сунется сюда? Пойдет на верную смерть, бесполезную смерть.

– Далв, – недоуменно прошептал Ронк.

Да знаю я, все знаю. Мы уже готовы идти, но я боюсь. Я сильно боюсь.

– А есть другой выход?

В том-то и дело, что нет. Если сунуться сюда одной группой с туристами, то это без шансов. Мы все погибнем. Зайти мне с девчонкой? Так она ничего не умеет. Шанс один из десяти. Натравить на темных шестьдесят вампиров, которых выделил мне патриарх клана, и, пока они будут умирать, забрать корону? Есть шансы. Хорошие шансы. Целых три из десяти. Вампиры погибнут все, но сдержат свое слово. Или половина из них погибнет, а другие станут рабами темных. Погибнет половина туристов, и, может быть, Алиана сможет взять корону. Может быть. У моего плана шансов больше. Пятьдесят на пятьдесят. Только одно «но». Если я проколюсь, если у меня ничего не получится, то Изар, Пат, Ронк и Алиана умрут. Страшно умрут. Они будут принесены в жертву Проклятому, и их плоть станет пищей для бхута. Где окажутся их души, мне и думать страшно. Умру и я, но вот это меня не волнует. Потому что последнее, что я увижу, – это ненависть и презрение в глазах своих спутников, которых я предал. Так они будут думать, и они будут правы. Я увижу ненависть и презрение в глазах Алианы – в глазах той, которая мне доверилась. Эти чувства я увижу в глазах своей девчонки, которую не смог защитить. Которую предал. Сам Проклятый одобрительно похлопает меня по плечу и предложит место в своей свите. Таких предателей он ценит и уважает. Иуда назовет меня своим братом. Если у меня не получится, то никакое чистилище мне не грозит. Ненависть и муки загубленных душ сбросят меня в ад. Что я хотел сделать на самом деле, никого волновать не будет, и это правильно. Благими помыслами дорога в ад вымощена.

– Далв, – вновь прошипел Ронк.

Хватит. Надо действовать."

"– Давно пора. Сопли подбери, и так скользко.