Рейнтри. Инферно

— Она впилась в него взглядом, обрадовавшись гневу и приливу энергии, последовавшим за вспышкой раздражения. Сердиться было намного приятнее, чем чувствовать себя уязвленной. Она не позволит мнению этого мужчины приобрести для нее столь весомое значение, чтобы ему удалось обидеть ее. Пусть на ней дешевая одежда, но не лохмотья же!

— Напротив. Я поймал вас. Поэтому должен сделать так, чтобы Эл предупредил других руководителей служб безопасности.

— Вам повезло, что здесь все решаю я, — продолжал он, будто она не произнесла ни слова. — А ведь в Рено есть люди, которые считают, что жулики заслуживают высшей меры наказания.

Ее сердце пропустило пару ударов. Он был прав, и Лорна это знала. На улице ходили слухи, рассказы о людях, пытавшихся склонить фортуну на свою сторону, которые потом либо исчезли, либо приняли температуру комнаты к тому времени, как их нашли. У нее не было блаженного неведения, которое позволило бы ей думать, что он просто преувеличивал, потому что она жила в том самом мире, где все это происходило. Лорна знала этот мир, знала людей, населявших его. Она делала все возможное, чтобы оставаться незаметной, и никогда не использовала карты, которые позволяли казино следить, кто выигрывал, а кто проигрывал, но тем не менее, она сделала что-то не так, чем привлекла к себе внимание. Для некоторых людей ее невиновность не будет иметь никакого значения; одно слово нужному человеку, и она станет мертвой женщиной.

Что он хотел сказать своей фразой? Что не намерен сдавать ее и предавать огласке частные дела «Инферно»?

Почему он собирается так поступить? В голову пришли только две возможные причины. Одна была старой песней — секс ради выгоды: «Будь со мной поласковей, крошка, и я никому не скажу то, что знаю». Другой — то, что он только подозревал ее в мошенничестве, но не имел никаких доказательств и всего лишь намеревался выудить из нее признание или, по меньшей мере, выкинуть ее из «Инферно». Если причина была первой, то он был дешевкой, а она знала, как обращаться с дешевками. Если же причина была последней, ну, в общем, тогда он был славным парнем.

Которого постигнет неудача.

Он наблюдал за ней, действительно наблюдал, его внимание полностью сосредоточилось на том, чтобы ловить каждый проблеск эмоций на ее лице. Лорна боролась с беспокойством, но оказавшись в центре такого пристального внимания, чувствовала себя очень скованно. Она предпочитала сливаться с толпой, оставаться в тени; анонимность означала безопасность.

— Расслабьтесь. Я не собираюсь шантажировать вас, принуждая к сексу. Не то, чтобы я не интересуюсь, — сказал он, — но я не нуждаюсь в принуждении, чтобы получить женщину, когда захочу.

Она чуть не подпрыгнула.