Ребус Галла

Тонкая. — Сама пришла!

Однако Копыто не зря был уйбуем — даже сейчас, дрожа от страха в темном дворе, он узнал Бьяну и торопливо ткнул подчиненного кулаком в плечо:

— Идиот! Это же моряна!

— Оборотень! — Сначала дикие ничейные големы, теперь агрессивные твари. У Контейнера подкосились ноги. — Я не хочу!

— Уйди! — взвизгнул боец.

Копыто, в свою очередь, сообразил, что Бьяна не собирается нападать, и приободрился.

Упоминать о бесхозных големах уйбуй не хотел и брякнул первое, что пришло в голову. На его счастье, ответ показался Бьяне вполне нормальным.

— Опять междоусобица?

— Иголка сказал, что они ничьи, — прорыдал Контейнер, вспоминая пережитый пару минут назад ужас.

— Деньги, — быстро сориентировался Копыто, оттирая говорливого бойца в сторону. — Деньги у нас тут были…

— Мимо шли, — уточнил Контейнер.

— Иголка сказал, что они бесхозные, — поддержал товарища еще один говорливый, но тупой боец.

— Иголка — идиот, — осклабился Копыто. — Ну, ты это и без нас знаешь.

— Хватит! — Бьяна вернула дробовики. — Сматывайтесь, пока полиция не приехала!

На одно плечо Копыто забросил оружие, второе подставил плохо стоящему на ногах Контейнеру и заковылял прочь.

— Надеюсь, мля, этого урода Иголку големы сожрали…

Выстрелить второй раз «Лунатик» Иголке не позволил: отшвырнул нахального бойца вдаль, а сам вскинул гердан, намереваясь подраться с остальными. Но не успел — Красным Шапкам вполне хватило «Варанов». Когда «Лунатик» развернулся, чтобы атаковать, ближайший дикарь находился ярдах в шестидесяти к югу и продолжал стремительно удаляться. Битва превратилась в «салочки».

Думать о чем-нибудь другом Иголка не мог. Он даже потереть ушибленные места боялся. Лежал, куда его зашвырнул голем, прислушивался к выстрелам и думал, что его…

«Убьют, мля. Не одни, так другие».

Големы просто так убьют, потому что — големы и больше ничего не умеют. А сородичи за то, что драку с големами начал, не подумав. Если големы хоть одного дикаря загрызут, соберет Копыто десятку и радостно вздернет шустрого бойца на ближайшей перекладине. Копыто давно хотел, только забывал все время.

«Уехать бы, мля… В Грузию, например. Говорят, там кормят гамбургерами и по телику показывают. Поди плохо? Жратва халявная…»

Через пару минут мимо притаившегося Иголки прошагали големы.

Боец закрыл глаза, не мешая куклам идти по своим делам, но вспомнил о предстоящем повешении и заскулил. Что делать? Куда податься? Неужели и правда — в Грузию? Нет, не хочется. Тогда что делать?

— Если големы ничьи, то они где-то прячутся, — прошептал Иголка. — Я узнаю где, расскажу Копыто, и нам… и нам кто-нибудь заплатит.

А деньги спишут все прегрешения.