Ребенок от мужа сестры

Пусть уедет, исчезнет из нашей жизни и больше никогда в ней не появляется.

Делаю ещё один шаг в сторону выхода из кухни. А потом ещё один, увеличивая между нами расстояние, превращая его в пропасть, в чёрную яму, где никогда больше не соединить наши берега.

Руки всё так же сжимаю в кулаки, не желая показывать ему свою слабость, которая стала им. И была всегда. Всегда и во всём. Я всегда была слаба перед ним. Словно маленькая глупая мышка, которую поймал в лапы большой чёрный кот и вот-вот съест, и даже не оставит и косточки.

Ещё один шаг — и нас никогда не собрать воедино. Наше возможное будущее так и останется лежать осколками на холодном полу.

Ну же, скажи хоть слово, сделай хоть что-то, чтобы остановить меня… Прикоснись, обними, не отпускай никогда. Ты что, не видишь, что между нами всё рушится, что никогда не соберёшь, не склеишь, как бы мы того ни захотели?

Ты не хочешь? Я не нужна тебе?

Я уже не сдерживаю слёзы, и они одна за другой текут по лицу, разбиваясь об пол, острыми краями раня моё сердце.

Зажмуриваю глаза, желая перенестись сразу же в свою комнату и выть в подушку, заглушая крик боли, терзающей моё сердце, всю меня. Это невыносимо больно, когда любимый человек тебя отталкивает, ничего не объясняя.

Не понимаю, что могло произойти за всё то время, что я спала.

Один шаг. Всего один шаг — и, чёрт бы его побрал, ничего уже не будет. Ну же, Ян, прошу, не дай мне уйти, не отталкивай. Я тебя люблю.

Но он не останавливает, не окликает. Не делает совершенно ничего, чтобы меня остановить, не дать разбиться всему, что, мне казалось, стало у нас налаживаться.

Ян же говорил, что всё это время любил меня, что я нужна была ему — а теперь все это стало пеплом, развевающимся по ветру.

Всё так быстро может разбиться, что ты даже не поймёшь, как и когда это случилось. Тебе только и остаётся, что смотреть, как всё то, что тебе было так дорого, утекает сквозь твои пальцы, а удержать ты это не можешь.

Выхожу из кухни. Чувствую, как перед глазами всё плывёт. Хватаюсь рукой за стену, пытаюсь удержаться, не упасть, не сломаться. По крайней мере, пока не дойду до своей комнаты, а потом могу разбиваться вдребезги, сколько захочу, не оставив от себя ничего. Совершенно ничего.

Прислоняясь плечом к стене, делаю глубокий вдох-выдох, пытаясь унять сердце, которое, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди, настолько сильно колошматит о рёбра.

Резко меня хватают за локоть и разворачивают. Не успеваю ничего понять, как врезаюсь в сильную грудь, моё лицо обхватывают жадные руки, приподнимают и врезаются с рыком в мои губы поцелуем, что ураганом сметает всё на своём пути, не оставляя ни одного шанса выжить. Но я и не хочу. И вот в секунду мои руки оплетают шею мужчины, я приподнимаюсь за цыпочки, прижимаясь сильнее к любимому.