Ребенок от магната, или Цена запретной страсти

 — Так что? Проверим? Рискнешь? Своим благополучием и жизнью этого… мудачилы-защитника? (236ad)

— Мне не на что просить такие деньги, — ответила вместо того, чтобы искренне послать его в задницу.

А так хотелось!

— Придумаешь. Это не мои проблемы. Время тебе — до выходных. Рад был увидеться! — отсалютовал он и только после этого направился к машине.

Глава 26

Уборка дома пошла на ура. Внутри все кипело от негодования, энергия била через край, и мне просто необходимо было ее куда-то деть. Занять руки, чтобы не начать крушить все подряд.

Сто тысяч долларов? Игорь в своем уме? На что он вообще надеется? Что я стану извиняться, плясать под его дудку и соглашусь стать дойной коровой? Что буду покорно валяться в ногах у Артура, вымаливая эти треклятые деньги? Что перепугаюсь, засуну язык в попу и буду молчать? Уж не много ли он хочет за уязвленное самолюбие?!

Неловкое движение — и с полки на пол улетела мамина ваза, разбившись на мелкие осколки. Еще одна неприятность в мою копилку.

Один из стеклянных осколков впился в руку, пока собирала крупные куски вазы, заставляя на время отвлечься от уборки и найти перекись с пластырем.

А Олег? Зачем он полез тогда не в свое дело? Кто его просил? Зачем Ира разболтала ему? Какого черта все куда-то зачем-то лезут?

Я не выдержала, то и дело слизывая капли крови с руки. Открыла ноут и накатала гневный пост подруге в личном сообщении в соцсети. А после набрала Олега, чтобы выяснить, как действительно было дело.

Ничего нового не услышала, кроме того, что друг готов был сорваться и приехать ко мне прямо сейчас. Успокоить, поддержать. А еще найти и снова разобраться с уродом, посмевшим меня обидеть. Значит, Игорь сказал правду и Олежка действительно в то время благородно исполнил роль верного рыцаря. Вот только не рассчитал, чем для нас в будущем это обернется.

К вечеру, когда уборка была закончена, мусор выброшен, рука перебинтована, я отправилась к тете. Вместе с ней собрали вещи брата, поговорили о маме, о моей беременности и о дальнейших планах.

— Ты не стесняйся, обращайся, если что. Все-таки не чужие. После смерти Юры вы совсем забыли обо мне. Не звоните, не приходите. А у меня, кроме вас, никого и нет, — обняла она на прощание, тяжело вздыхая.

Мне стало стыдно.

Тетка права: после того, как умер отец, мы действительно отдалились. Мама не смогла справиться с горем, братик был еще мал, а я слишком погрузилась в работу и учебу, чтобы помнить о дальней родне.

— Злата, а Артур приехал? — выскочил из спальни Сережа.

— Он все время спрашивает про него, — покачала она с осуждением головой. — И скучает. Привязался, видать.

Папина сестра была человеком старой закалки, свято чтила семейные ценности.