Ребенок от магната, или Цена запретной страсти

— Кажется, мы не закончили? — поинтересовалась игриво, подняла голову и коснулась губами его губ.

— Тебе можно? Это не вредно для ребенка? — севшим голосом выдохнул Артур.

— Кто-то не заморачивался этим, когда использовал игрушку.

— Я старался быть осторожным.

— Помню. Оценила. Мне понравилось.

Ласковый язык прошелся по губам, проникая в рот и заставляя сбиться дыхание. В этот раз Артур не торопился, лаская настолько нежно, что иногда я готова была взвыть, требуя прибавить чуточку огня.

Он зацеловывал, не пропуская, каждый сантиметр кожи, терзал грудь и дважды языком доводил до края блаженства, заставляя комкать под собой простыню и стонать в голос, забывая обо всем на свете.

Таким чутким, заботливым, нежным я еще никогда не видела его.

В эту ночь я впервые ощутила, каково это — чувствовать себя самой любимой, самой желанной и самой нужной женщиной на свете, утопая в любви и страсти самого прекрасного мужчины на свете. Взлетала и падала, брала и отдавала в ответ, понимая, что ради такого стоит бороться.

И даже не предполагала, какой крутой поворот событий готовит мне судьба уже этим утром.

Глава 30

Злата еще спала, когда я вышел из спальни и направился в комнату, стилизованную под рабочий кабинет. Этот небольшой загородный дом я приобрел много лет назад в элитном частном поселке, подальше от городской суеты. Обустроил его по своему вкусу и даже выделил комнату для работы, хоть работать здесь не собирался.

Как-то получилось, что именно эта избушка стала моей самой любимой. Я всегда приезжал сюда в моменты, когда становилось невмоготу, когда все и всё допекали так, что хотелось бросить дела к чертям собачьим и сбежать в лесную глушь, где нет телефона и интернета.

Наверное, поэтому я даже не колебался в выборе, куда поселить любимую женщину.

Особую гордость здесь вызывала коллекция холодного оружия, висевшая на стенах кабинета. Часть вообще была убрана в сейф. Охотничьи ножи, стилеты, кинжалы, боевые мачете. Среди всего этого разнообразия были шикарные образцы ручной работы, изготовленные на заказ в единственном экземпляре.

Когда-то я скупал самые редкие образцы, не жалея денег и пополняя коллекцию.

Сейчас запал кончился. Теперь эта груда металла, пусть и местами баснословно дорогого, уже не вызывала мальчишечьего азарта. Осталась как память, дань тем годам, когда за каким-то ножиком я мог безбашенно гоняться месяцами, готовый отдать последние деньги.

Если выставить на аукцион всю коллекцию, можно было бы неплохо заработать.

Снял со стены свой самый первый стилет, любуясь, как играют блики на стали. Пожалуй, при переезде все-таки заберу часть этого великолепия.

Телефон завибрировал, оповещая о сообщении от Антона.

""Горе-Игорь нашелся"".

А вот это уже хорошая новость. Давно я ее ждал.