Ребенок от лучшего друга

– Я это понимаю, но привязывать Макса ребенком я не хочу, теть Оль, – твердо заявляю я, смотря прямо в такие же, как у Макса, синие глаза.

Тетя Оля только усмехается и встает:

– Ну, я смотрю, что сын совсем не против. Решать, конечно, вам. Но хотелось бы, чтобы вы были счастливы. Обалдеть, я стану бабушкой!

Она прям расцветает, а я не верю глазам –мало ли, из-за слабости глюки начались. Но нет, улыбка тети Оли вполне искренняя, и вон даже щеки порозовели.

– Так, – она стучит пальцем по губам, – Ромке пусть Макс сам рассказывает, а я постараюсь держать язык за зубами. Надеюсь, от радости плотину не прорвет и я не выпалю на эмоциях. А вообще, – она становится серьезной, – я рада, что у вас так сложилось. Ты достойная девушка, и я очень хотела, чтобы именно ты была с Максом.

Слабо улыбаюсь и отвожу глаза.

– Ладно, – она наклоняется и целует меня в лоб, – отдыхай, милая. А я пойду Максу расскажу, как и что делать.

– Спасибо.

– Тамару, может, вызвать?

Мотаю головой:

– Не стоит, мне уже лучше.

– Ну смотри. Вы взрослые, так что предоставляю вам самим пройти через тяжбы будущего родительства.

И покидает комнату. О чем-то разговаривает с вернувшимся откуда-то Максом, до меня доносятся только приглушенный голос тети Оли и бурчание Макса.

Глава 24

Встаю и ощущаю, как трясутся ноги. Но тошноты все еще нет, и это очень радует. Делаю несколько пробных шагов, пока они не становятся тверже.

Хватаю чистую одежду и на носочках прохожу в ванную. Стягиваю костюм, настраиваю воду и шагаю под тугие струи. Прикрываю глаза, наслаждаюсь тем, как влага окутывает тело и расслабляет натянутые нервы. Смываю с себя слабость. Быстро мою голову и уже тянусь за губкой, как дверь ванной распахивается.

Я взвизгиваю и оглядываюсь по сторонам в поисках прикрытия. Только вот не успеваю. Дверца душевой распахивается, и передо мной предстает испуганный Макс.

Минутная заминка. Его тяжелое дыхание, словно он кросс пробежал, а не до ванной дошел несколько метров.

Я прикрываю руками места, которые Максу не надо видеть, но он словно рентген – сканирует меня от головы до пальцев на ногах.

– Ты зачем встала? – низкий голос ударяет по нервам, и я тяжело сглатываю.

– Искупаться решила...

У меня словно голосовые связки отказывают. Вместо того, чтобы возмутиться вторжением Макса, стою и глупо хлопаю глазами.

Он снова окидывает меня взглядом, который темнеет чуть ли не по щелчку. Задерживается на талии, тяжело сглатывает, а я внезапно ощущаю, как низ живота слегка стягивает от возбуждения.

С неохотой отводит глаза, и я выдыхаю.

– Как ты себя чувствуешь? – прокашливается.

– Мне намного лучше, – тихо проговариваю, наконец отмирая и ощущая, как по телу все еще скатываются теплые струйки воды.

– Хорошо, – Макс стискивает кулаки, а я вопросительно заламываю бровь.