Ребёнок от босса

Здесь все необходимое, – Владимир протягивает мне большой бумажный пакет, заполненный всякой всячиной. Удивлённо заглядываю внутрь. Памперсы, погремушки, пустышки…

— Зачем так много!? – срывается с губ, когда замечаю несколько баночек смеси разных фирм.

— Указ Максима Мансуровича. – Откликается, словно эхо Владимир. Мужчина смущенно несколько раз проводит рукой по коротким, как у ежика иголкам волосам, слегка припорошенных сединой. – Вы меня извините, Ангелина Алексеевна, я не сразу понял.

— Все хорошо, спасибо. – Дарю несмелую улыбку охраннику, поднимая пакет. – Вы меня тоже извините, я сильно разнервничалась, ребенок плачет, а тут еще даже выйти нельзя в магазин.

— Да я ж, вот… столько лет прошло, когда дети маленькие были. – Запинается мужчина. Впервые, лицо мужчины дрогнув смягчается. – А внуков пока и нет.

Владимир кивает в сторону Евы, что крутит в пухлых ручках мой сотовый телефон.

— Сколько малышке?

— Почти три месяца. – откликаюсь, спеша на кухню. Терпение малышки не железное, я уверена, еще пару минут и скандала не избежать.

— Ангелина Алексеевна, - тон Владимира становится серьёзным, мужчина идет следом за мной, - планы поменялись, Максим Мансурович, попросил меня отвезти вас домой.

Глава 22

Ангелина

Невидящим взглядом смотрю через тонированное стекло автомобиля. Мой указательный палец медленно движется следом за крупной дождевой каплей, которая ползет с обратной стороны кристально-чистого окна.

Тяжело вздыхаю.

Боюсь задохнуться от грусти, но тут же успокаиваю себя. Рано или поздно все, что случилось между мной и Максимом, встанет на свои места, выстроится в единую схему, словно сложные кружева. Вот тогда, все будет понятно: зачем это было нужно и чего дальше ожидать от Садулаева.

За окном мелькают калейдоскопом деревья и одиноко стоящие на большом расстоянии друг от друга коттеджные дома."

"Красивые, надёжные, так похожие друг на друга - они производят впечатление идеально обработанной картинки из Пинтерест. Никаких прохожих и городской суеты. Если бы не обстоятельства, возможно, я даже смогла бы порадоваться, а так… С досадой поджимаю губы полностью лишенные помады.

Оборачиваюсь к спящей Еве.

Малышка удобно лежит в автокресле, сладко посапывая. В пухлых ручках дочки крепко зажато бежевое ухо того самого медведя, которого когда-то подарил мне Максим.

Да, все это время он был со мной. Сколько раз я порывалась выбросить игрушку, но рука так и не поднялась. Я уже молчу про то, что косолапый стал невольным молчаливым свидетелем того, как я убивалась в первые месяцы беременности при одной мысли, что в скором времени стану матерью-одиночкой.

Без своего мужчины. Совершенно одна…

Мысли поменяли ход и потекли в другое русло. Не могу не думать о том, что ждёт нас с дочкой в будущем.