Ребенок от босса-негодяя

Вместо Рахманова навстречу мне выбегает мальчишка лет шести-семи. Темноволосый, худенький, но высокий.

– Настя! – восклицает он, добежав до меня и обняв. – Ты пришла! – ещё сильнее ко мне прижимается. – Я так ждал! Так ждал! Ты даже не представляешь, как я тебя ждал! – наконец отходит и, поправив на себе одежду, протягивает руку. – Извини… те! Меня просто эмоции охватили! Я Виктор!

– Здравствуй, Виктор, – тяну, совсем не понимая, что происходит.

Кто этот мальчик? Почему он меня обнимает и почему он меня ждал? Зачем он меня ждал?

– А можно я к вам на «ты» буду? – продолжает он. – Я так долго представлял себе эту встречу, что невольно в мыслях всегда обращался как с лучшим другом!

– Хорошо, – кидаю, оглядывая его. – А… Давид Есенский здесь живёт?

– Да, – кивает и берёт меня за руку, потянув за дом. – Но папы сейчас нет дома. Он с Каримом уехал в рыбацкий отель. Ещё вчера они уехали. Но меня с собой не взяли. Сказали, что я маленький и могу простудиться. Поэтому я так мечтал, чтобы ты приехала. И не был здесь один.

– П-папа? – переспрашиваю. – Ты его сын?

– Да, – кивает и, остановившись, оглядывается по сторонам. – Пойдём в беседку. Здесь очень много ушей! Им нельзя знать правду.

– Какую правду? – переспрашиваю, позволяя мальчишке увести меня.

– Меня зовут Виктор Есенский, – шепчет, усадив меня на скамью, а сам становится напротив, всё так же не отпуская моих рук. – Мой отец Давид Есенский, а мама Изабелла Есенская, – понижает голос ещё сильнее. – А Назар… он мой второй папа. Мне так его папа Давид сказал называть и никогда не называть его Назаром, потому что нельзя… Иначе и мне и папе Назару будет плохо. Его заберут от меня, и я навсегда останусь один!

– Ч…чего?

– Я сын папы Назара, но не родной, – понимает, продолжив. – Папа хотел сам тебе об этом рассказать, но я не могу молчать! Вы взрослые так долго всё это делаете. А у меня уже нет сил ждать, пока ты и Роза станете с нами жить. Мне так плохо здесь одному. У меня даже друзей нет, а ты и твоя дочь станете мне самыми лучшими друзьями, как и папа. Он мне обещал! Говорил, что вы хорошие и добрые, как моя мама!

– Я… Я совсем тебя не понимаю!"

"– Прости, – вздыхает и опускается на скамью рядом со мной. – Я послушный сын и всегда делаю то, что мне говорят старшие. Мой отец сказал, что я буду жить с другим мужчиной и называть его папой, и я так и делаю. Но я, наверное, плохо объясняю, поэтому ты и не поняла меня. Прости!

– Виктор, – беру руку мальчика в свои. – Не ты плохо объясняешь, а то, что ты говоришь… дико!

– Наверное, – расстроенно пожимает плечами. – Я думал, что когда ты всё узнаешь, то простишь папу за всё, и вы будете вместе. Он очень много мне рассказывал о тебе.