Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

дело в том, что... вчера, когда мы подготавливали ваш биоматериал к процедуре ЭКО, выяснилось, что произошла чудовищная ошибка...

— Какая ошибка? — напрягаюсь, следя за тем, как лицо и шея сорокалетней женщины покрываются красными пятнами.

— Ваш биоматериал... оказалось, что месяц назад он был по ошибке использован для инсеминации одной из пациенток нашей клиники... и..., — сглатывает, поднимая на меня напряжённый взгляд, — зачатие прошло успешно...

Разложить папки. Проверить почту. Последний отчёт на подпись. Сделать кофе. Чёрный. Без сахара...

Вроде ничего не забыла, но руки всё равно дрожат, когда я подхожу к кофе-машине и беру стаканчик.

"Ты уже сотни раз это делала, Инна, если не тысячи! Ничего сложного!" — мысленно успокаиваю себя.

Выходит плохо — пальцы не попадают на кнопки, горячая жидкость обжигает кожу.

Дело в том, что раньше я готовила кофе лишь в качестве секретарши, а теперь меня повысили и назначили личным помощником заместителя генерального директора и соучредителя компании АртПитерГрупп, где я работаю уже полгода.

Глеб Викторович Воронцов. Не просто мой начальник, отныне непосредственный, но ещё и мужчина, который с самого первого дня работы здесь пугал и отталкивал меня. И вот теперь нам придётся работать плечом к плечу.

Я, честно, хотела отказаться. До сих пор трясёт, когда вспоминаю то утро, когда гендиректор сообщил о назначении меня на новую должность. Если бы не острая необходимость — никогда бы не согласилась. Но зарплата у личного помощника в разы выше, а это значит... и декретные тоже.

Машинально кладу ладонь на свой пока ещё плоский живот и мягко улыбаюсь.

"Это всё ради тебя, моя кроха".

Малыш, будто отвечая на прикосновения, тут же даёт о себе знать. Нет, не толчками — срок ещё очень маленький. Он напоминает о себе приступом тошноты.

Токсикоз меня буквально измучил. Особенно сильной тошнота становится, когда я нервничаю или переутомляюсь. А ещё по утрам.

Вот и сейчас мне снова плохо.

Благо я уже знаю, как с этим справиться — стакан тёплого сладкого чая с долькой лимона, и мне станет легче.

Хорошо, что Воронцова ещё нет на работе.

Отставляю стакан с кофе, который делала как раз для него, и быстро готовлю себе чай.

Делаю глоток сладкой жидкости и с наслаждением отмечаю, что тошнота отступает. Нравится моему малышу чай с лимоном.

— Инна! — громоподобный рёв раздаётся на весь офис.

Я аж подпрыгиваю на месте.

Вот и Воронцов. Сегодня, очевидно, не в духе.

Он, в принципе, чаще всего не в духе. Только в последние дни довольный ходил. Видимо, причина быть счастливым самоустранилась...

Не успеваю отставить стакан с чаем, как дверь комнаты для персонала с грохотом открывается и на пороге возникает Глеб Викторович.