Ребенок (не) от бывшего мужа

Тот самый Макс, которого я так долго ждала и, который, я долгое время верила, скрывался где-то глубоко внутри этой наглой двухметровой каланчи.

Сердце забилось в груди, будто загнанное.

Поверить в свое счастье. Это оказалось очень сложно.

Перед глазами промелькнули воспоминания. Вот холодный и циничный Макс вертит носом у офиса, пугает своим телохранителем. Вот Макс заставляет меня подписать контракт, по которому я должна подыгрывать ему во вранье. Вот он пугает меня тем, что отнимет Милу.

А вот еще Макс. Он трогательно прижимает к себе нашу малышку и шепчет ей о том, что она станет красавицей. Вот Макс, который берет меня за руку на тихой, пустынной улочке в Праге и прижимает к себе, словно я какое-то сокровище. Вот Макс, который не понимает, почему я собираю вещи и пытаюсь уехать из его дома.

Но в основном это кушающий Макс, требующий добавки моих кулинарных яств.

Не выдержав волны эмоций, я расплакалась и рассмеялась одновременно.

— Да, — прошептала я, кивая и открывая бархатную коробочку. Внутри оказалось кольцо с таким камнем, который было сложно понять, как вообще там удерживалось. — Вау… — одними губами произнесла я, не веря, что это теперь будет украшать мою руку.

Макс поднялся с колен и помог его надеть, а затем робко нагнулся.

Мне показалось, или все соседи притаились и даже птицы на деревьях замолкли, в предвкушении того, что произойдет.

— Можно? — едва слышно спросил Орлов, не отрывая взгляда от моих губ.

Я дала единственно верный ответ.

— Совет, да любовь! — послышалось разом со всех сторон. А затем дружное «горько» не стихало еще несколько минут.

Еще большим шоком, чем публичное признание Максима в любви для меня стало появление его семьи. Отца, матери, братьев, Алины и детей. Примечательно, что братья вышли к нам с гармошками в руках, одетые примерно так же, как и старший. Полагаете, сюрпризы на этом закончились? Не тут-то было! Алина встала рядом со мной с огромным розовым медведем, в руках будущей свекрови я увидела яблочный пирог, а у, предположительно, тестя, обнаружилась здоровая хамедорея.

— Запомнил, — рассмеявшись, заметила я, поднимая взгляд на Максима.

— Ну, что, народ, пора гулять?! — выкрикнул Мирослав, начиная играть веселую песню.

— Да! — послышалось отовсюду разом.

— Вот, держите, — с улыбкой на губах произнесла тетя Лида, подходя к нам с Милой на руках. — Ваше самое большое сокровище.

— Точно, — мы произнесли это с Максом одновременно, принимая Милу из заботливых тетиных рук.

Эта малышка нас когда-то свела. Объединила. Заставила многое принять и переоценить.

Она изменила всю нашу жизнь.

Теперь мы были обязаны сделать ее такой же счастливой, какими она сделала нас с ее папочкой.