Ребёнок для бывшей

Минуты потекли медленно, словно ленивцы, карабкающиеся по дереву во время зимней спячки.

И вот Кир начал засыпать. Сначала его веки подрагивали, потом на личике появилась безмятежность, и сын провалился в крепкий сон.

Я осторожно, чтобы не разбудить его, прилегла рядом, обняв одной рукой. Смежила веки, борясь с новыми слезами, что уже подступали к горлу спазмами. Мне нельзя плакать, особенно сейчас. Но вдруг стало так жалко себя… так невыносимо жалко…

Я вновь провалилась в полудрёму, полную жутких кошмаров, в которых за мной бегала пузатая женщина с седыми космами, жутко смеялась и вызывала такую оторопь, что у меня ноги прирастали к земле. Я пыталась вырваться, пыталась двигаться дальше, но ничего не происходило.

- Мам… кажется, я горю, - раздался голосок Кира, и я опять подорвалась с кровати и схватила телефон, лежащий на прикроватной тумбочке.

- Алло… Ян… приезжай, пожалуйста, - прохрипела в трубку, как только муж ответил. - Кирилл приболел.

Глупо… я не вызвала врача первым делом. Не стала давать сыну новую порцию лекарств. Я позвонила мужу, и в этот момент мне было плевать, с кем он и где.

- Сейчас буду, - заверил муж, после чего отключил связь.

Прибыл он в составе со своими родителями и врачом, вызванным из частной клиники. Учитывая, что доктор приехал довольно быстро, имелась вероятность, что Ян ночевал в получасе езды от нас, а именно - у Марины Алексеевны и Владлена Борисовича.

- Как ты? - шагнул ко мне Серебров.

Конечно, я не раз представала перед ним ещё и не в таком виде, но сейчас отшатнулась. Даже не от обиды - в данный момент ей не было места, - а от того, что не хотела, чтобы в те минуты, когда я переживала одно из худших своих падений, муж лицезрел меня настолько жалкой.

- Иди к Киру. Он спрашивал о тебе, - мотнула головой, и когда Серебров, кивнув, быстро удалился в нашу комнату следом за врачом, услышала от свёкра:

- Пойдём, доченька, хочу поговорить.

Я застыла на месте, а в голове, одна за одной, начали появляться мысли - не услышу ли я ещё что-то, что станет последней каплей? Не приготовили ли мне близкие люди те новости, с которыми не смогу справиться? Особенно сейчас, когда я была настолько вымотана случившимся и внезапной болезнью сына.

- Владлен Борисович… - начала я, но свёкор, взяв меня под локоть, повёл в сторону кухни.

Я шла за ним, словно овца на заклание, еле переставляя ноги. Хотелось вырваться и сбежать, но я этого отчего-то не сделала.

- Ариш… хочу, чтобы ты знала - мы полностью на твоей стороне, - сказал Владлен Борисович, стоило нам оказаться на кухне.

Я обессилено опустилась на стул и почувствовала себя так, словно из меня разом выпустили воздух. Во-первых, от облегчения, во-вторых, - и это было совершенно контрастным ощущением - что мы будем говорить о том, что сотворил Ян.