Ребенок для Азата

Облизнула губы, решая, как быть? Продолжать делать вид, что все великолепно, и это просто рабочий момент, или все же проявить хоть каплю самоуважения?

— Господин… Господин Наракиев… Я не думаю, что сейчас смогу… В конце концов, вы нарушаете личное пространство…

— Ты только что сидела с Вагизом голова к голове, — хрипло рассмеялся Зверь, а его ладони придвинулись еще ближе, полностью заключая меня в клетку своего тела, — а что со мной? Ты меня смущаешься? С чего бы? Ты же профессионал?

— Не надо… Не надо в это играть… — прошептала я, упрямо не поворачиваясь, не сгибаясь, хотя очень хотелось…

— Да? А почему? — бархатно прохрипел Зверь, наклонившись к самому уху, — мне вот очень хочется… Сейчас поднять тебя за локти, положить грудью на стол… Задрать юбку… М-м-м? Как тебе? Хочется? Ты играешь в такие игры со своим мужем, сладкая?

— Это… непристойно… Я могу подать в суд… Харрасмент…

— Какой харрасмент? О чем ты? Мы просто разговариваем…

Ладони передо мной сжались в кулаки. Огромные, с отчетливо белыми костяшками. Это почему-то взволновало еще сильнее. Ощущение, что он сдерживает себя из последних сил, стоя позади меня, сводило с ума.

Неожиданно сладко заныл тяжелой томной болью низ живота.

Он любил играть в игры, мой бывший муж… Он с самого начала со мной играл… От непрошеных воспоминаний о его играх в голове все запульсировало, мягко прокатилось по телу, чуть ли не принуждая привычно изогнуться ему навстречу…

— Ты же сама этого хочешь, сладкая… Я вижу, как тебя трясет… Может, хватит уже? Побегала и все? — рычал мне на ухо искуситель, все плотнее сдвигая руки впереди, не касаясь еще, никак не касаясь, но обозначая это касание… Рассказывая, каким оно будет сладким. И как мне будет хорошо…

Я упрямо смотрела перед собой в экран слепыми глазами, прекрасно понимая, что, стоит мне лишь обозначить движение, хоть чуть-чуть, навстречу… И все. Пропаду.

Не смогу бороться ни с ним, ни с собой.

И он знает. Он ждет этого встречного движения.

Со сколькими женщинами он так играл? И в то время, пока женат был на мне, и после… И сейчас… Он же женат! Кольцо на пальце…

— А как ваша жена к этому относится? Или это тоже не ее дело? — голос мой прозвучал на редкость жалобно и глухо, но Азат остановился.

Жадный, хищный ирбис за моей спиной превратился мрачный утес.

— Моя жена… Моя жена почему-то предпочитает играть с другим… Но я решу этот вопрос.

Понимание заставило вздрогнуть, крупно, неконтролируемо. Всем телом.

То есть… Он не снял кольца.