Чужой ребенок (СИ)

В конце концов, надо смириться с тем, что сейчас буду готовить завтрак для голодных гостей Хазарова… А то как-то странно будет, если Каз пьет кофе, приготовленный мной, а Ару я в этом откажу. Объяснять, что меня никто не спрашивал, когда чашку забирал, точно не стоит…

И вообще, надо быстро все сделать и уйти уже отсюда, а то какая-то неправильная ситуация получается… Хазарову, как мне кажется, не понравится, что я разговариваю с его друзьями, он прошлой ночью был недоволен тем, что они говорили про меня.

Между тем, Ар, нисколько не смущаясь серьезного предупреждающего взгляда приятеля, с удовольствием сдает его:

— Каз — это тоже сокращение. — Он делает паузу, словно не слыша тихого злобного рычания Каза, и продолжает, — от Казимир.

А вот это прямо неожиданность.

Не удерживаюсь, смотрю с удивлением на темноволосого, носатого, крайне брутального Каза. Я бы могла понять, если б это было прозвище, например, указывающее на его национальность или внешний вид… Вполне экзотичный. Но вот то, что его Казимир зовут…

— Интересное имя, — киваю вежливо, и Каз раздраженно сверкает взглядом на меня, а затем на своего предателя приятеля. Чувствуется, что имя свое он не любит и избегает называть. — Ваши родители из Польши?

Ну а что? Поддерживаю разговор, пока делаю еще одну чашку кофе.

В этот раз очень рассчитываю, что себе, потому что вторую спокойно заграбастывает довольный, как слон, Ар.

— Не знаю, — сухо отвечает Каз, — я их не видел.

Моргаю удивленно, смотрю на Ара, а тот спокойно поясняет:

— Детский дом. Мы там и познакомились.

Не знаю, что ответить, а потому просто киваю.

Как мы тут собрались-то все, под одной крышей… Даже странно.

Чтоб занять время, делаю еще тосты, на автомате накрываю на стол, достаю из холодильника ветчину, сыр, джем и масло.

И мужчины совершенно спокойно все это принимаются есть, нисколько не стесняясь, с большим аппетитом.

Словно частенько тут вот так сидят и завтракают после ночи возлияний и разговоров…

Хотя, наверно, так оно и есть! Неизвестная мне любительница странных травяных сборов, Михайловна, их и кормит, похоже.

А сегодня ее почему-то нет… Зато есть я, тоже, получается, прислуга. По крайней мере, именно так меня обозначил ночью Хазаров.

Почему-то догадка эта не вызывает отторжения, хотя уж кем-кем, а прислугой я никогда не была и не собираюсь…

Но как-то все так размеренно, логично происходит: утро, завтрак, голодные мужчины… Только хозяина дома не хватает. Где он, кстати?

Но спрашивать я, естественно, не собираюсь, просто молча жду, когда приготовится кофе, планируя взять кружку и побыстрее уйти с кухни.

Позавтракаю потом, черт с ним. Ванька как раз проснется, ему овсянку сделаю… Или яичницу. Сейчас смысла нет, эти проглоты все сожрут, а готовить именно для них я не нанималась.