Реанимация судьбы

На восточном выезде из города авария, тут в машине беременная на тридцать восьмой неделе, ноги зажаты креслом, в правой стопе уже нет пульса, там, похоже, перелом со смещением. Мы с Матвеем сделать ничего сложного не можем. Бригады нет уже сорок минут. Помоги, пожалуйста, нужен вертолет и специалисты из МЧС.

– Делька, а ты не умеешь никуда не влипать по дороге на работу, а? – поинтересовался Григорий.

– Мне некогда вести светскую беседу, Гриша. Молодая женщина рискует потерять ногу. Позвони, а?

– Да, сейчас все сделаю. Пусть Мажаров наблюдает за состоянием стопы, если возможно.

– Спасибо, Гриша.

Я положила телефон в карман и вернулась в машину. Ирина то теряла сознание, то снова приходила в себя. Я положила руку на ее живот, но, к счастью, схватки так и не появились, про себя я почти молилась, чтобы этого не произошло хотя бы до тех пор, пока не прибудет дополнительная помощь. У противоположной двери на корточках сидел Матвей, просунув руку в щель под сиденьем. Лицо мужа хмурилось с каждой секундой.

– Что? – негромко спросила я.

– Похоже, ты права, надо вытаскивать ногу. Если сделаем все быстро и наложим шину, можем восстановить кровоток.

– А если там разрыв сосуда?

– Деля, нет выхода.

– А если роды начнутся?

– Если мы будем тут в угадайку играть, она останется без ступни, – тихо огрызнулся Матвей, вставая, и я сочла за благо не спорить больше – он все-таки видел подобных травм больше, чем я. – Иди сюда, – велел муж, и я, снова выбравшись под дождь, обошла машину. – Поищи что-нибудь, чем можно будет плотно зафиксировать два сустава. Что-то длинное и не очень широкое. Бинты есть в аптечке.

Я растерянно оглянулась, и тут мой взгляд упал на стоявший через три машины джип, на крыше которого были укреплены длинные доски. Подбежав к машине, я застучала в стекло. Водитель сразу понял, в чем дело, и предложил:

– У меня в машине еще две упаковки ламината, там покороче плашки. Может, его лучше?

– Да, будет идеально. Спасибо вам.

– Может, надо чем помочь? – вынимая из упаковки две коричневые плашки, спросил он. – У меня есть ножовка, пила по металлу…

– О, господи, да что ж вы молчите?! – заорала я, не помня себя от радости. – Берите все скорее, будем сиденье отпиливать.

Когда я вернулась к Матвею в сопровождении водителя джипа, вооруженного ножовкой и пилой, у Мажарова просветлело лицо:

– Ну, все, теперь точно получится."

"Водитель джипа Виктор под руководством Матвея принялся подпиливать сиденье, а я, держа наготове бинты и жгут, готовилась извлекать ноги Ирины. Когда Матвей убрал отпиленное кресло, я увидела картину довольно страшную – правая нога женщины была багрово-синюшной, неестественно вывернутой влево. Пульса на стопе не было, но и открытого кровотечения – тоже. Ирина застонала, очнувшись.