Запрещенная реальность. Том 1

— Все-таки шли отсюда… сверху… но почему «федепасы» не выставили здесь пост?

— Значит, выходили не «федепасы».

Ельшин снова растянул рот в какой-то странной улыбке и без колебаний нырнул в пролом. Прислушиваясь к тишине, принюхиваясь к запахам пороховой гари, сырого бетона и ржавого железа, держа наготове оружие, остальные последовали за ним в подземный «гараж» генерала, где ждал его торпедовидный электровагон.

Пока телохранители рыскали вокруг, осматривая помещение, Лобанов обошел «торпеду», потом приблизился к Ельшину, который молча рассматривал еще одну дыру в стене, проделанную с помощью того же гранатомета.

— А ты мне ничего об этом схроне не рассказывал, — сказал Олег Каренович с оттенком укоризны.

— Тебе он все равно не пригодился бы, — глухо огрызнулся Генрих Герхардович. — Ничего не понимаю! Этой дырки, как и хода за ней, не должно было быть!

— Разве нам не туда?

— Нет. Пусть твои хлопцы проверят, что это за коридор, куда ведет, а мы пока поднимемся наверх. Все-таки в моем бункере побывали до меня, теперь я в этом уверен.

Ельшин поднялся на узкий карниз справа от электро-вагона и протиснулся в щель между приоткрытой полуметровой толщины металлической дверью и швеллером лутки. Посветил под ноги, разглядывая следы, четко отпечатавшиеся в пыли, и вцепился в скобы, образующие лестницу в бетонном колодце.

— Далеко лезть? — спросил Лобанов. Не получив ответа, со вздохом последовал за генералом. Маюмура, не проронивший за время экспедиции ни слова, молча поднялся за ним; второй телохранитель остался исследовать неизвестный Ельшину ход за разрушенной кирпично-шлаковой кладкой.

Вскоре они уже стояли посреди секретного бункера с компьютерным комплексом, озираясь по сторонам. Самые разные чувства волновали каждого из них.

Ельшин был бледен и страшен, он буквально трясся в каком-то нервном ознобе. Лобановым владели любопытство и восхищение, потому что машины, подобной этой, он еще никогда не видел. Устанавливалась она, очевидно, давно, не менее четырех-пяти лет назад, но дизайном, компоновкой, ощущением мощи и величия, запахом совершенства не уступала современным комплексам типа «Макинтош» или «Русич».

Генрих Герхардович достал из кармана плоскую металлическую фляжку, отвинтил пробку, сделал два глотка и заметно успокоился. Не отвечая на взгляды приятеля, подошел к столу и тронул сенсор включения компьютера.

На левой панели зажегся желтый огонек, но тут же побледнел и погас. Ельшин выругался.

— Питание? — подошел к нему Лобанов.

— Стационар отрублен, но должен был остаться контур аварийного изотопного генератора… который почему-то сдох.