Развод.com

Я же и говорю, что всегда мечтала о такой семье, как у нас с тобой! Чтобы сквозь года рука об руку... — на этом моменте взгляд Маши заволакивает влажной пеленой, а я тяжело сглатываю.

Мы с Ромой молчим. Улыбка на моем лице застывает пластмассой, потому что я мечтала ровно о том же, и мы не раз с ней обсуждали это.

— Я очень благодарна тебе, Ваня, за то, что ты есть...

— Маш...

— Не перебивай, — шутливо ударяет по плечу, — Благодарна за то, что ты есть, что ты всегда рядом! Благодарна за поддержку и твою любовь!

— Я тоже.

— Спасибо тебе за наших прекрасных детей....

Березовский тихо вздыхает и касается своим коленом моей ноги под столом. Прокатившаяся по телу жаркая удушливая волна перекрывает дыхание. Мое лицо начинает гореть.

— Да, бывает, что мы спорим и даже ссоримся, но это ведь нормально, мы же живые люди, и у нас есть эмоции! — продолжает говорить воодушевленно, — Но ни разу у меня не возникло мысли расстаться с тобой.

— Я тебе расстанусь!..

— Потому что семья и отношения, это всегда взаимные компромиссы и умение понимать и прощать.

Бедро Березовского прижимается к моему ещё теснее. Я опускаю взгляд в тарелку с салатом и не шевелюсь. Каждое слово Маши как летящий в мишень дротик. Пронзает плоть, выпуская наружу комплексы и сомнения."

"Это ведь во мне дело, да? Мои обиды, с которыми я никак не могу расстаться и тотальное недоверие, что не могу в себе побороть. Я виновата, что мы рядом, но не вместе?

— Смотря, что прощать, Маш, — вдруг подает голос Рома, — Бывают поступки, которые очень тяжело принять. Все зависит от глубины чувств обиженного и силе раскаяния оступившегося.

Глава 35. Наташа

— Прости меня, — шепчет Машка, когда мы вместе оказываемся на общей кухне. — Я, наверное, лишнего ляпнула. Ромка обиделся.…

— Вот еще, — решаю помыть тарелки, пока болтаем, и для этого настраиваю теплую воду. — Всё ты нормально сказала, Маш. Это ваш праздник, и вы, правда, с Ваней молодцы. Лучшие!... Не думай о плохом. Ты имеешь право гордиться своей семьей.

Она помешивает кашу для детей на одной из четырехконфорочных плит и по-простому здоровается с соседкой, которая заходит, чтобы проверить, не закипела ли вода в её кастрюле.

Вскоре мы снова остаемся одни.

— Ну, как он вступился, а?... — Маша склоняется ко мне и хихикает. — Развод разводом, а Гайку свою в обиду не даст. «Сила раскаяния». Как завернул!... Умный стал твой Березовский. И, правда, может, раскаивается?!

— Думаю, да.

— Так, может, простишь? Наташ?..

Я, кинув на нее предупредительный взгляд, еще активнее вспениваю губку. В голове сплошной кавардак от постоянного недосыпа и Сашиных коликов.

О каком прощении вообще речь? Мне бы поспать.…

— Я давно его простила. Дело ведь не в этом, — вздыхаю трудно.

— А в чем?

— Не знаю.

Как объяснить человеку то, что сама не понимаешь?..