Семья моего мужа против развода (СИ)

— Идем, — говорю Сабрине, и взявшись за руки, мы выходим в коридор.

Стоп. Почему хозяйское крыло? Я живу этажом ниже, где расположены гостевые комнаты. Ай, не важно. Нужно принять ванну и переодеться. Стоит начать думать о сюжете романа и меня снова мутит. Плевать, я об этом стану размышлять, когда буду в состоянии думать.

Сабрина довольно идет рядом в припрыжку, раскачивая наши сомкнутые в замок руки.

Быстро привожу себя в порядок в своей ванной, хочется полежать в горячей воде, но ограничиваюсь тем, что просто умываю лицо, переодеваюсь в домашнее платье. Встаю перед зеркалом, и, вздыхая, поправляю заплетенные в перекинутую на плечо косу влажные от дождя волосы. Даже не знаю, чего ждать. Совсем. Но если буду сидеть у себя, ничего и не узнаю.

— Рина, где сейчас тот дядя и остальные? Отведешь меня?

Члены семьи Эккарт, теперь в полном составе, собрались в небольшой и уютной гостиной, где мы обычно проводим вечера.

Рейнард, до этого по-королевски восседающий в кресле и что-то серьезно растолковывающий остальным — Джареду, Фелисии и Эдварду, который так вовремя оказался дома — резко вскакивает на ноги, стоит мне и Рине появиться в дверях и замирает.

Он в той же одежде, которую я запомнила, только плаща не хватает. С длинных влажных волос стекает вода. Значит, времени прошло не много, надеюсь, что ничего важного я не пропустила.

Как-то неловко мне смотреть на мужчину. Хотя я же плохого ничего не сделала, мне не должно быть стыдно. Ну почему он вернулся раньше? Почему?

Я перевожу взгляд на остальных.

— Юнис, ты в порядке? — взволновано подходит Фелисия и обнимает за плечи. — Может, врача позвать, опять в обморок упала? Мало было того раза…

Тот раз — это случай двухмесячной давности, когда я решила собрать в саду цветов, порезалась секатором и потеряла сознание из-за кровившего на ладони пореза. Самым глупым было то, что я была одна и провалялась среди кустов роз пару часов точно, пока меня не нашли слуги, поднятые на уши пропажей герцогини. Кстати, после этого Джаред и приказал сопровождать рыцарям меня на нашей же территории.

— Какого раза? — настораживается Рейнард.

Голос у него низкий и приятным, бархатистый.

— А тебе-то что, ты же бросил нас и уплыл куда подальше, так чего теперь спрашиваешь? — дерзит Эд.

У Рейнарда чуть челюсть не отвисает, таких претензий в свой адрес он не ожидал.

Ух ты! Что за настроения? Я смотрю на Джареда. Тот, вопреки ожиданиям, младшего не осаждает и замечаний ему не делает. Разделяет его мнение значит.

О чем здесь шел разговор, пока меня не было?

— Идем.

Фелисия тянет меня за собой и усаживает на диван, укрывает пледом и оперативно всовывает в руки чашку с горчим какао.