Развода не будет! Удержать строптивицу

 — Я был уродом! Знаю, что поступил, как последний подонок!

— Потому что ты и есть подонок! Ненавижу!

Захар тормозит на светофоре и поворачивается лицом ко мне. В этот момент в поле моего зрения попадает кнопка разблокировки дверей. Резко луплю по ней и распахиваю дверцу, чтобы выскочить. Но не успеваю даже ногу на асфальт поставить, как Захар дергает меня назад.

Справа от машины мужа проносится другая и буквально выворачивает наружу дверцу тачки Захара. Я вскрикиваю и закрываю лицо ладонями, а Земцов громко и смачно ругается.

Глава 5

Понимаю, что тут меня муж и закопает, так что действовать надо быстро.

Вижу, как резко тормозит машина, которая пронеслась мимо нас, и водитель сдает назад. Захар лупит кулаком по кнопке аварийки и выскакивает из своей тачки. Я — сразу за ним. Только, в отличие от мужа, я не иду посмотреть, как выглядит вывернутая дверца его машины, а срываюсь в противоположном направлении.

— Марго, твою мать! Вернись немедленно! — ревет мой муж на всю улицу, но я сворачиваю в какой-то переулок и скрываюсь между домами.

Бегу, пока ноги не начинают отваливаться от усталости.

Остановившись в незнакомом дворе, снимаю с себя туфли и дальше топаю босиком. Сумка то и дело норовит соскользнуть с плеча, и я поправляю лямку.

Иду в сторону какого-то парка, размазывая тушь по щекам.

Ненавижу эту сволочь! Просто ненавижу!

Пусть ему впаяют какой-нибудь штраф на дохриллион денег. Пусть он продаст последние трусы, чтобы оплатить его.

Я даже не глянула, что за тачка пронеслась мимо. Было бы круто, если бы это был какой-нибудь Майбах. Пусть эти два придурка померяются своими тачками. По крайней мере, Земцов отвалит от меня.

Сев в парке на лавочке, достаю телефон и отправляю подруге свою геолокацию и короткую просьбу: “Забери меня”.

Подперев ладонью подбородок, невидящим взглядом глазею на маленькое озерцо. Никогда здесь не была. Я даже не представляю, в какой стороне от центра города нахожусь. Я вообще туго соображаю. В голове туман. И кровь отвлекает от мыслей своим грохотом. Бесит, как и мой муж.

— Девушка, вам помочь? — спрашивает какая-то студентка, поправляя пальцем очки на носу.

Я окидываю взглядом ее скромный прикид и потертые кроссовки.

— Какой у тебя размер ноги? — спрашиваю сиплым голосом.

— Тридцать восьмой, — хмурясь, отвечает она. — А что?

Протягиваю ей свои туфли.

— Маноло[1], — произношу. — Надела два раза.

— Мне не надо, — отшатывается она и делает шаг назад.

— Бери, дурочка, — раздается справа голос моей подруги, и мы с девчонкой переводим взгляд на нее. — Они стоят дохера бабла. А Марго больше их не наденет. Так что бери.

— Ненормальные какие-то, — бубнит девчонка и, поправив рюкзак, а потом очки тем же жестом, разворачивается и уходит.