Развод. Высекая из сердца (СИ)

Раздвижные двери прикрыты, а из-за того, что гостиная большая, коридор, по сути, находится метрах в пятидесяти. Вряд ли он слышал, как мы вошли.

Щель достаточная, чтобы увидеть, поэтому я бесшумно приближаюсь. И пусть рассудок кричит о том, что это выдумка, сердце все равно врезается в грудную клетку не единожды в секунду.

Прикрываю глаза, делая глубокий вдох, и резко открываю, даже с полуулыбкой на лице, успокаивая себя, что это нелепое недоразумение.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Только в этот момент она молниеносно сползает с лица и я чувствую, как земля уходит из-под ног.

Мой муж лапает какую-то девушку под юбкой, жадно целуя ее шею. Она млеет, откидывая длинные иссиня-черные волосы назад, и томно стонет. А его это будто больше заводит.

Прикрываю рот ладонью, пятясь подальше от дверей. Другой рукой пытаюсь опереться на диван, потому что тело немного ведет.

Я никогда не сталкивалась с подобными ситуациями. Он мой первый и единственный мужчина. И он же растоптал меня за несколько секунд.

Оборачиваюсь на дочь, которая стоит уже рядом с ужасом в глазах, а по ее щекам текут слезы. И в этот момент внутри поднимается, сносящая все, на своем пути, ярость.

Отчаянная, материнская и жестокая. Такая, которую поймет только мать.

Глава 2

— Дарина, — муж все же замечает меня, а потом переводит взгляд на дочь, что прячется за моей спиной.

Я вижу как расширяются его зрачки, и мне хочется вцепиться ногтями в его бесстыжие глаза и расцарапать их. Но я сдерживаю себя.

— Ариша…

Он скидывает девицу со своих колен, которая даже не удосужилась встать, восседая на бедрах моего мужа, как на троне.

Отмечаю, что она тут же начинает дуть свои пухлые губы, обижаясь. Поправляет свой кружевной бюстгальтер, отчетливо вижу торчащую грудь, и закрываю дочери глаза.

Только вот Арине не нравится, что я запрещаю ей смотреть. Она злится, я чувствую, как моего ребенка трясет от боли и гнева. Убирает грубым жестом мою руку со своего лица, а я даже не успеваю осознать, как эта маленькая хрупкая малышка бежит на эту девку.

Ариша хватает ее за длинные черные патлы, опрокидывая на пол, и я поражаюсь сколько силы в этом маленьком тельце.

Та тут же начинает верещать, машет руками в разные стороны, задевая длинными ногтями кожу моей дочери.

Я зверею как мама львица, которая голову готова оторвать за своего детеныша. Бросаюсь к ним в секунду.

— Доченька, — хватаю ее за подмышки, приподнимая в воздухе и отхожу подальше: — Что ты смотришь?! — рычу в сторону мужа: — Убери свою дрянь отсюда, ты видишь, что у ребенка истерика!

Марат отмирает, помогает девушке собрать ее вещи, а я крепко держу дочь в тисках своих рук, хоть она безостановочно брыкается с особой силой.