Развод. Вторая жизнь для попаданки (СИ)

Внутреннее применение — в крайнем случае, инъекция. Он устранит действие подавляющих зелий, если они были использованы. Что касается свидетельствования — я всё оформлю как положено. У вас будет заключение за подписью.

Я кивнул.

— За вами скоро прибудет карета. Заберёт вас и законника. Мы встретимся у особняка барона Крейста. Не теряйте времени.

Я развернулся и вышел, захлопнув за собой дверь. Взлетел в седло и, не оборачиваясь, отправился к начальнику городской службы города, своему старому приятелю, Сигниусу Брою.

Начальник городской безопасности. Человек, которому я доверял как себе. Мы прошли многое — семь лет назад он служил под моим началом, командовал третьим разведывательным отрядом на Северной границе. Тогда он спас целый гарнизон, вытащил людей из окружения. Но сам получил тяжёлое ранение — и уже не мог вернуться в боевой строй. Император тогда лично распорядился назначить его главой городской службы безопасности. В отличие от многих чиновников — Сигниус всегда был предан Империи и людям.

Когда я поднялся по ступеням его дома и ударил в массивный бронзовый дверной молот, ответа долго ждать не пришлось. Дверь открыл молодой помощник, узнав меня, тут же провёл в кабинет начальника.

Тот не спал в такое позднее время. И все еще работал в кабинете.

Крепкий, широкоплечий, с коротко остриженными седеющими волосами и лбом, перечёркнутым шрамом — он выглядел как человек, которого война не оставила, даже когда он сменил меч на перо.

— Торн, — кивнул он, отходя от стола, — если ты здесь в такой час, значит, совсем худо.

Он подошёл ближе. Я протянул руку, и мы обменялись крепким рукопожатием — таким, каким обнимаются те, кто делил закат и холодное утро без обещаний на выживание.

Я опустился в кресло напротив его стола.

— Можно сказать и так, друг мой.

Я не тратил время на предисловия. Стал чётко и по существу излагать данные: о разводе Элеоноры, о бароне и его одержимости уже бывшей женой, Дарманне и странном поведении самой Элеоноры.

Сигниус слушал молча, сцепил пальцы в замок. Потом провёл пальцем по старому шраму на лбу.

— И сейчас Элеонору забрали, — произнёс я хрипло, скрипнув зубами. — Мой адъютант займёт барона, отвлечёт на какое-то время. Но я бы хотел как можно быстрее вытащить её из этого дома. Более того, законник обмолвился, что возможно задействовано зелье, подавляющее волю.

Сигниус нахмурился. Его взгляд стал тяжелым, почти свинцовым. Он выпрямился и шагнул к шкафу.

— Если это правда… — проговорил он тихо, почти срываясь на рычание. — Тогда мы имеем дело не просто с правонарушением. Это преступление против воли человека. Подобные зелья давно запрещены. Император запретил их ещё тридцать лет назад, после истории с одним из великих домов.