Развод в 50. Муж полюбил другую (СИ)

 — За то, что позволяешь мне быть такой, какая я есть.

Она подходит и целует меня в лоб, её губы сухие и тёплые.

— Всегда будь такой какой хочешь. Это твое право, — шепчет она. — А теперь ешь. Завтра важный день.

И я ем, чувствуя, как с каждым кусочком внутри растёт уверенность. Завтра действительно важный день. Первый день моей новой жизни.

Ужин с Самиром превращается в регулярные встречи. Мы ходим в театр, на выставки, просто гуляем по городу. Он рассказывает мне о своих путешествиях, о жизни за границей, о своей покойной жене Асият и сыне Адаме. Я говорю о детях, о фонде, иногда — о прошлом, но никогда о Рамазане. Его имя словно стиралось из моего сознания, стало незначимым, хотя Самир не просил меня об этом.

Время летит незаметно. Вот уже и Новый год на пороге. Фарид и Лейла прилетают на каникулы, дом снова наполняется их голосами, смехом, энергией молодости.

— Кто такой этот Самир? — спрашивает Лейла, помогая мне украшать елку. — Ахмет говорит, вы часто видитесь.

Замираю с хрустальной игрушкой в руках, не зная, что ответить.

— Он спонсор фонда, — говорю наконец, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно. — И… друг.

— Друг? — Лейла изгибает бровь, и в этом жесте она так похожа на отца, что у меня перехватывает дыхание. — Только друг, или?..

— Или что? — делаю вид, что не понимаю.

— Или нечто большее? — она не отступает. — Мама, тебе нет нужды скрывать от нас свою личную жизнь. Мы взрослые, мы понимаем.

Смотрю на дочь с удивлением. Когда она успела повзрослеть настолько, чтобы давать мне советы о личной жизни?

— Не знаю, — признаюсь честно. — Мы просто проводим время вместе. Нам хорошо. Остальное… сложно.

Лейла подходит, обнимает меня, и её духи — свежие, с нотками цитруса — окутывают меня приятным облаком.

— Ты заслуживаешь счастья, мам, — говорит она тихо. — После всего, что было.

В её словах — не просто поддержка, но и прощение. Словно она говорит: "Я знаю, что ты любила папу, но теперь ты свободна".

— Спасибо, солнышко, — обнимаю её в ответ, чувствуя, как что-то тяжелое отпускает внутри. — Это много значит для меня.

В канун Нового года Самир приглашает меня за город. Он приглашает в деревянный дом в лесу, в часе езды от города. "Нужно встретить Новый год вдали от шума и суеты," — говорит он, и я соглашаюсь, чувствуя нервное возбуждение.

Мы приезжаем днем 31 декабря.

Я примерно себе представляла каким будет домик, но когда мы оказываемся на месте, то я в восхищении: дом оказывается уютным бревенчатым шале с камином и большими окнами, из которых открывается вид на заснеженный лес. Самир затапливает камин, готовит безалкогольный глинтвейн. Я помогаю накрыть на стол, и все это кажется таким… естественным. Словно мы делали это сотни раз.